— Не ожидал увидеть тебя здесь, — с улыбкой проговорил он и посмотрел на тот же манекен, засовывая руку в карман. — Как ты? Джин говорит, часто сидишь дома в последнее время, — Феликс по одним только поджатым губам понял, что Йона не хочет об этом говорить, и решил перевести тему на неприятную лично для себя. — Как Рэйчел? Часто пишет? Как там в Австралии? Оливии пока что запретили со мной общаться, так хоть через тебя узнаю… — от того, что втянули Оливию, Феликсу было больнее и горше всего.
— Мы в одинаковом положении: я тоже не знаю. Рэйчел писала мне много раз, я отвечала на всё, кроме вопросов о тебе, и она обиделась, — Йона пожала плечами: ей было нисколько не жаль из-за ссоры с кузиной. Она втянула в игры Рэйчел не только Феликса, но и Хана, и поняла, что ее используют как источник информации, а как дела у самой Йоны, было не интересно никому. — Но с Оливией мне никто общаться не запрещал. Давай сфотографируемся для нее? Думаю, ей будет приятно.
Йона открыла переднюю камеру и направила ее на них с Феликсом, стоящих на фоне безобразного безвкусного манекена. Улыбаясь и корча рожицы, они сделали несколько фотографий и отправили их Оливии, а потом решили записать еще и небольшое видеообращение. Вернее, Феликс вышел на улицу, чтобы сделать это, стараясь сдерживать слезы и не думать о том, когда они с Оливией поговорят вновь.
— Я знаю, что тебе запрещают общаться со мной и ни в коем случае не сержусь. Вернее, это я виноват, что так выходит, и не знаю, сможешь ли ты меня когда-то за это простить, — он покивал, поджав губы, и продолжил: — Но я тебе обещаю, что совсем скоро мы увидимся, а пока будем общаться только через Йону. Но это наш секрет, хорошо? — он назидательно направил указательный палец в камеру. — Знаю, знаю, ты уже взрослая, чтобы разговаривать с тобой так, но не могу, потому что вспоминаю, что уехал, когда ты была куда младше, — Феликс понял, что одна слеза всё же выкатилась, стер ее рукавом и решил, что пора заканчивать, хотя сказать хотелось еще много. — Я тебя люблю и делаю всё для того, чтобы поскорее увидеть. Главное, чтобы у тебя всё было хорошо.
Он прекратил съемку видео и ощутил, как из груди вырывается судорожный вздох. И чем он это заслужил? За какие грехи?
Феликс почти пришел в себя сразу же, как только вошел в бутик, услышал красивую классическую музыку и нашел глазами Йону. Она улыбнулась, когда он протянул ей телефон, и, взяв под руку, отвела к другим коллекционным нарядам, попутно жалуясь на золотистые блестки, которые царапают ей руки, и некрасивые каблуки. Но образы на сегодня подбирала мать, а ее в таких вопросах ослушаться было невозможно — всё равно настоит на своем. Феликс увидел госпожу и господина Чхон издалека и сам не понял, какие чувства начал испытывать, но в нем словно всё перепрыгнуло с ног на голову. Теперь, зная, почему Йона так вела себя с Чаном и кто этому причина, Феликс был зол и вдвойне захотел убежать от всего своего семейства подальше. Хан сказал, что его что-то очень беспокоит и он хочет поговорить с ним и Джин с глазу на глаз. Какие скелеты в шкафу еще может прятать господин Чхон и что он творит каждый день со своей дочерью?
— Феликс! Вот уж не ожидала тебя здесь увидеть! — госпожа Чхон радушно расцеловала племянника в обе щеки и погладила по плечам. — Не знала, что ты любишь посещать подобные мероприятия. Неужели интересуешься тем, что происходит в мире моды?
— Да, вместе со своим другом, — имея в виду Хёнджина, проговорил Феликс, а потом вспомнил, что здесь на самом деле Минхо, но имени называть не стал. — Я давно никуда не выбирался, вот решил развеяться. Может быть, однажды куплю что-нибудь в мужском бутике, когда он тоже будет открыт. В следующем месяце недалеко отсюда, кажется?
— О, да наш племянник, как оказалось, тот еще модник, — господин Чхон выпил остатки шампанского залпом и небрежно поставил бокал на край стола. — Если хочешь, я могу познакомить тебя с Ча Суми прямо сейчас. Она точно сделает тебе хорошую скидку, если будет знать, что ты мой племянник.
— Д-да, было бы здорово… — Феликс нашел глазами Минхо и отправился вслед на господином Чхон, чтобы поговорить с Ча Суми, хотя больше всего ему хотелось забрать Йону и убежать отсюда подальше.
Правда, он не подумал о том, насколько сильно затянется эта беседа. Едва узнав о том, что Ли Феликс — племянник небезызвестного бизнесмена Чхон Джуна, Ча Суми представила его всем гостям во всеуслышание и наговорила гору комплиментов: что он запросто может работать моделью в ее доме моды, что ему к лицу любая одежда, что он идеальное попадание в стандарты красоты, что им срочно нужно встретиться завтра за обедом и обсудить условия контракта, потому что Ча Суми не собирается отпускать от себя такое сокровище. А тем временем время неумолимо бежало вперед, уже значительно сильно темнело, а они не приблизились к цели ни на шаг. У Феликса не было возможности выбраться из тисков Ча Суми, но зато, стоя на подиуме, он заметил нужное им лицо и сказал, что хочет танцевать. Все остальные гости, успевшие заскучать, поддержали его затею и попросили дать им музыку для вальса.