— Да, едва ли Ча Суми теперь выпустит вас из своих цепких лап, — Ли Бора однозначно понравилось, что звезда сегодняшнего вечера решил спросить у нее совета, и подключила все свои профессиональные навыки. — Я думаю, стрижка здесь не понадобится, напротив, следует отрастить волосы и перекрасить их… например, в черный, вам должно пойти, так лицо будет казаться еще худее и стройнее.
— Спасибо. Тогда у меня к вам еще один вопрос, — с улыбкой проговорил Феликс, отвел Ли Бора еще немного в сторону, чтобы она не столкнулась с велосипедистом, и вынул из сумки досье. — Я бы хотел знать ваше мнение относительно этого.
Ли Бора с улыбкой и одновременным непониманием в глазах открыла папку и увидела свое фото со скрепкой в углу, а потом принялась читать, хотя глаза уже зацепились за слово «Кальмар». Куча цифр, в которых Ли Бора не разбиралась, напугали ее еще больше, дальше — даты последних пяти встреч клуба, проходивших в ее собственном доме, адрес, а также список предполагаемых наркотиков, которые она подсыпала гостям. Ли Бора кинула папку в Феликса и обратилась в бегство, будто это что-то изменило бы, но не преодолев даже метра на своих каблуках, врезалась в скалящегося Минхо.
— Да, многие именно так и реагируют, — вынимая руки из карманов, проговорил он и грубо развернул к Феликсу.
— Тут всё, госпожа Ли, — Феликс постучал пальцем по обложке папки, — точно такое же досье у нас было на Канг Юнга, а теперь он за решеткой. Если не хотите оказаться там же, то назовите имя вашего поставщика и скажите, где его найти, — он прибрал папку в сумку и решил, что им всё же стоит отойти подальше, на них и так смотрела Йона по ту сторону витрины.
— Я решила выйти из дела сразу же, как только в новостях заговорили о Канг Юнге, клянусь! Прошлая встреча была последней, я сказала всем, что с этих пор не буду давать дома ни ужинов, ни обедов, — Ли Бора погладила свой вздернутый носик, а Минхо задумался над тем, что сейчас идет разговор между аж тремя людьми с фамилией Ли. Заодно и всё нытье пропустит мимо ушей. — Я не хочу за решетку, у меня муж, маленький ребенок… пожалуйста…
— Нам нужно лишь имя или прозвище поставщика, вот и всё, — тяжело вздыхая, проговорил Феликс. Ну вот опять: слезы, попытка убеждения и выставления себя несчастной заплутавшей овцой, бегство. Из раза в раз не меняется ничего. — Вы можете устроить нам встречу с вашим поставщиком? Например, послезавтра? Тогда я отдам вам эту папку, а вы сможете делать с ней, что хотите.
— Да, при том условии, что не возьмется за старое, — хмыкнул Минхо, — иначе по вашу душу снова явятся, госпожа Ли.
Ли Бора долго не могла выговорить ничего внятного из-за слез, боялась, дрожала, несмотря на то, что на улице было тепло. Пыталась всучить деньги, уговорить обойтись только прозвищем, но и Феликс, и Минхо были непоколебимы. Им уже до смерти надоела беготня по закоулкам и притонам, расспросы и допросы, постоянное общение со всякими отбросами, которые могут знать настоящее имя курьера или дилера. Нет, не в этот раз. Они больше не потратят так много времени на то, чтобы гнаться за блеклой тенью. Теперь всё и сразу, а главное — быстро. Под напором и угрозами Ли Бора пришлось сдаться. Она записала себе телефон Феликса и обещала позвонить сама, прекрасно понимая, что если она посмеет не выйти на связь, то содержимое папки окажется и в прессе, и в полиции, и тогда милосердия от закона ждать не стоит. Если уж Канг Юнг с огромным количеством денег и связей не смог избежать тюрьмы, то на что надеяться остальным?
— Вот и всё, это было не так сложно, — проговорил Феликс, возвращаясь в бутик. Им нужно пробыть здесь еще хотя бы час, чтобы ни у кого не закрались подозрения. — Пойду приглашу Йону на танец, она что-то сегодня слишком грустная, тебе так не показалось?
— Мне наплевать, — бросил Минхо и, собираясь избежать нотаций, пригласил на танец ту самую девушку, которая пыталась флиртовать с ним пару часов назад.
На улице уже совсем стемнело.
— Я украду? — спросил Феликс у нескольких девушек, галантно протягивая Йоне руку, и начал кружить ее в вальсе так же профессионально, как и Минхо. — Ты в порядке? Тебе нужна какая-нибудь помощь?
— Да, скажи Джисону, чтобы перестал передавать всё, о чем я ему рассказываю, вам, — ответила Йона, которой меньше всего хотелось, чтобы ее жалели. Может, поэтому ей в последнее время было проще общаться с Минхо, чем со всеми остальными: он никогда не жалел. Этого не позволено даже Джин, ну, разве что за редким исключением. — Ты поссорился с Ли Бора? — чтобы избавиться от возникшей неловкости, спросила Йона. — Что случилось? Мне показалось, она была напугана.