Когда член стал слишком явно упираться в нее, Йона ощутила, как Хан начинает массировать большими пальцами ее клитор, и вздохнула от забытых ощущений, зная, насколько же у нее влажно сейчас между ног. Раздумывала над тем, что предпринять дальше и правильно ли это, однако Хан весь извелся и сам начал двигаться тазом слишком ускоренно, больше всего сейчас жалея о том, что их разделяет ткань одежды.
— Йона, пожалуйста… — вздохнул он, не зная, имеет ли право просить. — Прошу тебя, давай сделаем это прямо сейчас. Я… я не могу… — он откинул голову, приподнимая подбородок, и издал громкий стон, хватая ее бедра руками еще крепче. — Я так хочу, Йона…
— Ты хочешь секса или меня, Джисони? — спросила Йона, начав ласкать его лицо пальцами и делая круговое движение бедрами, заставляя Хана тем самым высунуть кончик языка от удовольствия.
— Секса, но только с тобой… Йона, пожалуйста… — теперь это было похоже на мольбу, казалось, еще чуть-чуть, и он потеряет рассудок. Настолько он хотел.
— Тогда секс по дружбе? — спросила Йона, резко останавливаясь.
— Секс по дружбе, — согласно выдохнул ей в губы Хан и провел языком по верхней губе. Чтобы окончательно смыть все опасения, он залез рукой в карман и вытащил оттуда презерватив, чем удивил Йону еще больше. — Видишь ли, я тоже готовился, потому что собирался сегодня спать с тобой в одной кровати.
Больше себя не контролируя, Йона вновь набросилась на его губы с поцелуем, прервав его лишь для того, чтобы стянуть футболку, потом откинула голову назад, когда Хан начал проводить ладонями по ее шее и спустился к груди, развязывая тесемки на ее кофточке. Затем залез рукой под одежду, поглаживая затвердевший сосок, а Йона, чтобы не терять времени, расстегнула пуговицу на его джинсах и провела по члену ладонью, вызывая очередную волну стонов и толчков наверх. Хан полностью потерял голову, ему казалось, что он сошел с ума, но наслаждался каждым миллиметром кожи на теле Йоны, залез пальцами в ее трусы, нащупывая море влаги, и потом сложил ладони на ее ягодицы, сжимая их так крепко, как только сможет.
— Раздень меня, Джисони. Я хочу быть сверху, — сказала Йона, и Хан, ответив, что сделает так, как ей угодно, расстегнул замок на ее юбке и чуть привстал, собираясь рассмотреть ее полностью, когда избавит от одежды окончательно. — Джисон… — вырвалось у Йоны, когда его член уперся в нее еще сильнее, и она приникла губами к его шее, решив оставить там засос, чтобы другие девушки знали, что Хан уже занят.
С губ Хана невольно сорвалось ее имя, он откинул волосы с ее плеча, начав целовать точеные ключицы, и почувствовал, как Йона стягивает с него джинсы, наслаждаясь каждым своим и его действием, желая его как никогда раньше, надеясь остаться здесь, вдвоем, как можно дольше. Еще чуть-чуть, совсем немного, и она признается в том, что чувствует, окончательно набравшись смелости. Секс по дружбе — лишь предлог. Хан потянул зубами рукав кофточки, снова положив ладонь на грудь Йоны, и вскрикнул от неожиданности, когда услышал посторонний голос.
— Уже торт пора лопать, а они всё футболку ищут! Вы чего так дол… Да чем вы тут вообще занимаетесь?! — воскликнул Чанбин, тут же отвернувшись, стоило ему краем глаза увидеть оголенные ноги Йоны и расстегнутую пуговицу на джинсах Хана да его обнаженный торс. — Вас что, закрываться не учили?! Не могли ночи подождать?!
— А тебя не учили стучать об дверной косяк, если видишь, что двери здесь нет?! — вскипела Йона, тут же соскакивая с бедер Хана и поправляя юбку. Наспех завязав тесемки и не заботясь о прическе, она грозно выставила указательный палец перед лицом Чанбина и проговорила только одно слово: — Ненавижу!
— За что?.. — стушевался Чанбин.
— За то, что лезешь не в свое дело! — крикнул следом Хан, попутно натягивая футболку. — Йона, подожди!
Но Йона не слышала его, уже оказавшись на улице и тем самым вызвав неоднозначную реакцию парней. Следовало только взглянуть на ее растрепанные волосы, неаккуратно завязанный на кофте бантик и быстро вздымающуюся грудь, как всё тут же становилось понятно. Хёнджин еле заметно присвистнул, а Чан и Джин отвлекли остальных, не собираясь доставлять кому-либо неудобств и пялиться в открытую. Йона подбежала к столу, за которым сидел Минхо, налила себе вина и выпила целый стакан залпом, захотев еще. Она готова была рвать и метать, злилась на Чанбина, на себя, на Хана за то, что они вообще это начали и не смогли устоять. К чему это приведет? Да ни к чему хорошему!
— Мне вот интересно: вы со скольких лет по членам скачешь? — грубо спросил ее Минхо, прищурив глаза.
— Что, прости? — Йона медленно повернулась к нему, сжимая пластиковый стаканчик и борясь с желанием вылить его содержимое в лицо Минхо.