Чан вздохнул и прикусил щеку, думая над тем, что ему делать, и даже не удивившись. Калечить Донхёна — слишком много чести, оставить всё как есть — не вариант, поговорить и сделать последнее предупреждение — вполне можно и будет, наверное, правильно. Им с Сынмином нужно было решить еще кое-какие дела, прежде чем отправиться в университет, но теперь Пак Донхён не выходил из головы. Наверное, Джин сильно огорчится, когда узнает, но скрывать это от нее было нельзя, да и когда опасность повсюду… Распрощавшись с Сынмином, Чан заехал в магазин и, долго выбирая, купил перцовый баллончик, на всякий случай, а потом отправился к стенам университета. Вскоре начали выходить студенты, в их числе одногруппники Джин, затем появилась и она сама, сразу же разулыбавшись, стоило ей только заметить облокотившегося на машину спиной Чана.
— Кто он? Красивый, — проговорила девушка неподалеку от Джин.
— Рот не разевай, скорее всего за кем-то приехал, вот и всё, — ответила вторая.
— Мне кажется, я видела его на матче… — сказала третья. — Да, точно! Он был с друзьями и с…
— Со мной.
Джин даже не посмотрела в их сторону, тряхнула волосами и с улыбкой направилась к Чану, тут же набросившись на его губы с легким поцелуем. Стоящая неподалеку Ли Хэми закрыла рот ладонью от удивления, переглянулась в подружками и увидела Йону. Та долго смотрела на нежно обнимающихся Джин и Чана, сверля их взглядом, не понимая, что чувствует, но злости в ней было мало. Услышав знакомый голос, она направилась к машине своего отца и уехала, думая, как себя вести. Водитель вновь открыл перед ней дверь, а потом завел двигатель и вырулил с парковки. Тем временем Донхён вышел из университета, смеясь над шуткой друга, и встал как вкопанный, увидев Джин.
— Постой здесь, я сейчас, — Чан нежно поцеловал ее в лоб и направился к Донхёну, надеясь, что у него хватит выдержки не врезать ему от всей души. Походка была настолько резкой и уверенной, что стоящие неподалеку девицы застыли на месте, думая, что будет дальше. — Это последнее предупреждение, — Чан встал напротив Донхёна, сжав кулаки. — Если я узнаю, что ты выкинул еще что-то в подобном роде, я на тебе живого места не оставлю.
— Что такое? Неуверенность в себе проснулась? — Донхён криво ухмыльнулся. — Боишься, что если я буду лезть к Джин, то смогу ее у тебя отбить?
— Нет, я боюсь, что ты с ней что-то сделаешь. Например, снова пошлешь какого-нибудь ублюдка к ней в комнату ночью, — теперь настал черед Чана ухмыляться при взгляде на побледневшее лицо Донхёна. — Джин — моя, тебе ясно? Только попробуй приблизиться к ней, и станешь трупом.
— И чем же ты докажешь, что именно я отправил кого-то в дом к Джин? Разве есть какие-то улики против меня? — Донхён цеплялся за последнюю соломинку, не до конца уверенный в том, что ему не грозит тюрьма. — Или воспользуешься связями и попросишь своего дружка-полицейского обстряпать дело так, будто я во всем виноват? Что из этого?
— Я отлично справлюсь и сам.
Чан развернулся, поняв, что больше разговаривать не о чем, и открыл перед Джин дверь на переднее сиденье. Раздался коллективный удивленный вздох, одногруппники, сплетничая, так и не разошлись, зато теперь не будут приставать с глупыми вопросами, разве что по поводу Йоны. А Донхён пошел прочь, как вдруг услышал уведомление. Писали с незнакомого номера. Весьма интересно…
— Что ты ему сказал? — требовательно спросила Джин. — Мне кажется, проще просто не обращать на него внимания. Тем более он больше ко мне не лезет.
— Он подослал Шим Джинхо, чтобы проникнуть в твой дом и проверить, обманула ли ты его, — Чан вырулил на главную дорогу и повернулся к Джин. Ее лицо мгновенно побелело от страха. Она знала, что из Донхёна так себе пай-мальчик, но чтобы он был настолько невменяемым, стало для нее открытием. — Я предупредил его, что если он выкинет что-то в подобном роде, то может не рассчитывать на мои терпение и милосердие. Вот, держи, — Чан наощупь нашел маленький пакет и протянул его Джин. — Я не хочу, чтобы ты пострадала, если Пак Донхён будет к тебе приставать или если… — он запнулся, сглатывая. — Если Уджин доберется до тебя, потому что захочет сделать больно мне.
— Чан, что у вас с ним произошло? — тихо спросила Джин, благодарная за такое проявление заботы с его стороны. Она положила баллончик в сумку и снова взглянула на Чана, явно подбирающего слова. — Что-то настолько страшное, что вы не можете ему простить? Я знаю, что они с Сынмином учились в одной школе и потом в одной академии, но…