— Я и без тебя знаю, что выгляжу глупо, зачем смеешься? — с улыбкой и набитыми щеками спросила Джин, но есть не прекратила. Когда с рисовыми клецками было покончено, она взялась за моллюсков.
— Я не смеюсь, а радуюсь, что ты будешь сытой, дурёха, — Чан схватил салфетку и стер бульон с лица Джин. — Сегодня же пиши заявление об увольнении, а я придумаю, где найти тебе удаленную работу. А пока ешь сколько влезет.
— Тогда я растолстею и ты меня бросишь, — возразила Джин.
— И откуда в этой голове такие мысли? — Чан легонько стукнул ей по макушке кулаком и схватился за чашку чая. — У тебя нет ощущения, что мы встречаемся уже пару лет? Я так рад, что ты не стесняешься меня ни в чем, потому и улыбаюсь. Понимаю, что наши отношения уже… — он неловко рассмеялся, не зная, какие слова подобрать.
— Я знаю. Чувствую то же самое, — Джин вновь улыбнулась и протянула ему ладонь, а потом сжала его руку. — Иногда мне кажется, что только ты один у меня и есть.
*****
Уже по привычке нарядившись в форму, Сынмин схватил фуражку, опустил ее на голову и спустился на улицу. В последнее время быть плохим полицейским приходилось всё чаще, пугая людей тюрьмой, но иначе выбить из них хоть какую-то важную информацию было невозможно. Каждый думал, что его не достанут и что он выйдет сухим из воды, но охота по всему Сеулу уже началась и шла полным ходом. Было интересно, как там справляется Уджин и какие действия предпринимает он, чтобы найти производителей этих чудо-наркотиков и разоблачить весь клуб «Кальмар». То, что эта тварь собиралась сделать с Йоной и угрожала Хану, никак не могло выйти из головы, и у Сынмина складывалось впечатление, что он знал двух Уджинов: того, с которым дружил с детства, и того, который является законченной мразью, будто это два брата-близнеца, а не один и тот же человек. Было понятно только то, что когда до него доберутся, то убьют без всяких и предисловий и раздумий, вопрос был лишь в том, кто именно это сделает.
— Погодка что надо, — Чонин нырнул на переднее сиденье, тоже одетый в полицейскую форму, и широко зевнул. Время клонилось к вечеру, но это было именно то, что им нужно. — Только я не уверен, что разговор с этой компашкой даст хоть какие-то результаты. Где ты вообще их откопал?
— Проследил за другом сынишки Им Йонга, владельца этого компьютерного клуба и по совместительству члена правительства, — бодро ответил Сынмин, уже предвкушая разговор с этой малолетней шпаной. Поначалу, правда, мелькнула мысль внедрить в эту компанию Чонина, потому что он вполне мог бы сойти за шестнадцатилетнего, но если учесть концентрацию вредности и язвительности, то можно прийти к выводу, что это не лучшая затея, и Сынмин даже предлагать не стал. — Всё же с детьми будет легче работать, чем с упертыми взрослыми.
— Это еще как посмотреть… — протянул Чонин, сомневаясь, что всё пройдет так легко. Никогда еще такого не было, так с чего бы сейчас?
Миновав длинную, заполненную людьми улицу с неоновыми вывесками, светящимися окнами, красивыми гирляндами, обвивающими деревья, и рассаженными, еще не увядшими цветами, Сынмин и Чонин оказались в небольшой подворотне за жилым домом и увидели компанию из девяти или около того подростков, в основном все они — парни, но присутствовала и пара девушек. Никого не замечая, они хлебали что-то из металлических банок, закусывая чипсами и сухарикам, да пялились в телефон, громко выкрикивая то ругательства, то звуки ликования. Поправив жетон и фуражку, Сынмин вышел из машины и вынул из кармана удостоверение.
— Инспектор полиции Ким Сынмин. Можно узнать, сколько вам лет и что вы пьете? — сделав вид, что просто проезжал мимо, спросил он и предоставил удостоверение.
— Пиво, а что? Что-то смущает? — спросил наглый паренек с раскладным телефоном последней модели в руках. — Лет мне пятнадцать. Вот, держите и идите своей дорогой, — он достал из кармана несколько крупных долларовых купюр и кинул на асфальт, а Чонин быстро поднял их, прибрав в карман.
— Отлично, — Чонин деловито поправил пиджак, — спасибо за благотворительность, а теперь новый вопрос: кто вам продал алкоголь или кто вам его купил? Где ваши родители?
— Вы не поняли или что? Мне стоит свистнуть отца, как он тут же вас… это, как его… уволит, короче, — паренек встал, прибрал телефон в карман и подошел к Сынмину, взглянув на него снизу вверх. — Вы букашки, вот вы кто, где хочу, там и пью пиво, какую девчонку захочу, такую и беру, — он вальяжно обнял одну из малолетних девиц за талию. Видимо, хвастаться своими богатством и влиянием ему очень нравилось. — Мы и не таких обламывали, короче.