Чонин медленно моргнул глазами, пытаясь сдержать смех и улыбку, и, откашлявшись, сказал:
— Думаю, что вам стоит проехать к нам в участок, молодые люди, в случае побега мы имеем право открыть огонь.
— Не имеете! — возразил другой парень с еще не сломавшимся голосом. — Вы имеете право открыть огонь, только если ловите опасного преступника, а распитие алкоголя не считается уголовным преступлением. А также вы не можете допрашивать нас без присутствия родителей и адвокатов! — он сложил руки на груди и выгнул бровь, ожидая бурной реакции, и добился ее: улыбка Чонина сползла с лица. Теперь на нем отображалась только злоба.
— Слышишь ты, юрист малолетний, распитие алкоголя несовершеннолетними считается административным правонарушением и наказывается штрафом в довольно крупном размере. Хочешь, чтобы родители его заплатили, а потом высекли тебя? Тогда вперед. А пока изволь пройти за нами в участок.
— Сечь детей тоже незаконно, я могу пожаловаться на них!..
— Пожалуешься, но уже после свершившегося факта. Поверь мне, убитому от того, что убийцу посадят, не легче, — Чонину начало всё это надоедать. Ладно бы обыкновенные подростки, а эти все обеспеченные, с богатыми родителями, считающие, что могут купить что угодно и кого угодно, нужно только знать нужную сумму денег. Отчего-то возникла уверенность, что эту аксиому они знают куда лучше теоремы Пифагора, несмотря на свой весьма юный возраст.
Эта перебранка и желание пощеголять друг друга знаниями в области права длилась еще несколько минут, прерываемая замечаниями других детей и хвастовством этого разбрасывающегося деньгами паренька. Поняв, что они попросту теряют время, и взглянув на Чонина, самого уподобившегося этой шпане, Сынмин решил, что с него хватит. Он сбросил пиджак, положил его на локтевой сгиб друга, подошел к тому самому парню, который заговорил с ними первым, схватил того за ухо и отвел в сторону под громкие протесты остальной компании, но Чонин, предотвращая драку, вынул пистолет и направил на подростков, желая запугать.
— Поверь мне, не всех можно купить. Так что если ты не хочешь, чтобы твой папаша узнал о том, чем ты тут занимаешься, то ты скажешь мне, где находится компьютерный клуб, которым владеет отец твоего друга, — держа за ухо и наклоняя паренька к земле носом, проговорил Сынмин, готовый в любой момент пнуть наглеца в живот. Тот пищал, не понимая, что же пошло не так, и почти заплакал. — Ну! Куда вы ходите и сколько денег уже проиграли там?
— Отпустите, дядя! — прокричал еще один паренек и подбежал к Сынмину. — Я покажу вам, где компьютерный клуб, мы там и берем алкоголь! Только не говорите родителям, пожалуйста! Они будут сильно ругаться.
— Бухать меньше на улицах надо, — Чонин прибрал пистолет в кобуру. — Веди, раз уж вызвался. Пес, ко мне! — крикнул он Сынмину, свистнув, и тот раскрыл рот, поражаясь такой неслыханной наглости.
Посадив паренька на заднее сиденье и даже не поинтересовавшись, как его зовут, Сынмин дал Чонину легкий подзатылок и завел двигатель, при этом поклявшись отомстить. Как и практически все подобные заведения, компьютерный клуб находился в полуподвальном помещении недалеко от жилого дома, за чертой центра города. Паренек указал пальцем на неприметную дверь с вывеской, сообщающей, что за ней располагается бильярдная. Чонин быстро снял пиджак, надел свитер, вышел из машины и открыл дверь их проводнику, чтобы тот помог пройти внутрь. Нужно было только проверить, действительно ли там компьютерный клуб. К счастью, так и оказалось. Теперь дело за Минхо, Ханом и Чаном.
*****
Уволиться оказалось совсем не так просто, как хотелось бы. Написав заявление, Джин сначала было думала, что уже совсем скоро будет свободна, но забыла, что ей положено отработать еще несколько дней, да и поначалу начальство сделало всё от него зависящее, чтобы не потерять столь ценный кадр — работающую на износ девушку, всегда приходящую на работу вовремя и не отлынивающую в течение дня. Но Чан настаивал на том, чтобы покончить с этой постоянной усталостью. Дома Джин взглянула на себя в зеркало и вынуждена была согласиться, что выглядит она и правда неважно: похудела, лицо осунулось, под глазами образовались синяки, да даже волосы стали какими-то нездоровыми. И чем здесь Чан тогда любовался столько времени? Хотелось бы оказаться рядом с ним и спросить прямо, но сейчас ей нужно было встретиться с совсем другим человеком