— Вам же известны правила? — к ним подошла та самая женщина, что встретила их на пороге. — Наркотики употребляются только здесь, за пределы клуба их выносить нельзя. Отдыхайте и получайте удовольствие, — она сделала поклон и ушла в сторону, начав улыбаться новым посетителям.
— Прекрасно… — проговорил Минхо, опять проиграв и откинувшись на спинку стула. — Я это на себе пробовать не буду.
— Я тем более, — теперь Хан не знал, что делать, но решил, что после пропажи хозяина клуба мало кого будет интересовать одна пропавшая склянка, и спрятал ее во внутренний карман джинсовки. — Что-то хён долго… Всё же должно пройти нормально, как думаешь?
Минхо пожал плечами.
— Скорее всего, задерживается из-за того, что Им Йонг решил провернуть свои грязные делишки ближе к ночи. Давай сыграем во что-то еще, эта ерунда мне ужасно надоела, — он изучил меню и выбрал себе какую-то стрелялку, надеясь оторваться как следует, прежде чем поучаствует в реальной перестрелке. В конце концов, психиатр советовал Минхо найти способ выплескивать злость без вреда для окружающих, и вот он — отличный шанс сделать это.
*****
То и дело смотря на наручные часы, Чан ходил из стороны в сторону. Партия наркотиков уже находилась в сумке, осталось только отдать ее же знакомому курьеру и проследить за ним, чтобы точно удостовериться, что он едет в клуб. Дальше дело останется за малым. Прошло уже полчаса с тех пор, как тот мужчина должен был явиться, но в поле зрения не было никого, и потому Чан решил пока что проверить, точно ли он отключил камеру наблюдения у входной двери. Из-за тяжелой сумки начали болеть плечо и запястье, хотелось всё бросить, и вот наконец — шаги. Курьера было узнать несложно по хромающей походке и довольно улыбчивому, как у многих алкоголиков, лицу. Заставив себя сделать легкий поклон, Чан поздоровался с ним, надеясь, что на сей раз беседа не затянется надолго. В прошлый раз во время обеда на них косились все посетители. Еще бы, один мужчина — важный и представительный, второй — побитый жизнью, дряхлый, с синяками под глазами.
— У меня ж уже спина не та. Встретил своего старого приятеля и решил угостить его спиртным, чем покрепче. Вы ж простите, господин Бан, — он протянул дрожащую руку за сумкой, перегаром несло за километр, Чан изо всех сил старался принюхиваться к собственному парфюму, чтобы его не вырвало. — Короче, старые приятели — такая вещь. Так и манит, знаете… поговорить, жизнь обсудить, пофилософствовать…
— Да, очень понимаю, — кивнул Чан и вдруг кое-что придумал, решив воспользоваться состоянием курьера. — Вот что, давайте я вас довезу. Вместе с этой сумкой вы сами до клуба не дойдете. Только назовите адрес, — сказал Чан, хоть и сам его знал, но выходить из роли нельзя было даже перед пьяным человеком. Никогда не знаешь, что он вспомнит на утро.
— Господин Бан! Добрый, добрый человек! Вы только деньги мои за переноску не забирайте, ладно? У меня две собаки, дворняжки, все есть хотим, да и рюмочку бы… Не забирайте, добрый господин Бан!
— Не буду, — Чан довел курьера до собственной машины, усадил его на заднее сиденье, брезгуя сидеть рядом, закинул сумку в багажник сел за руль и открыл окно настежь, надеясь, что свежий воздух поможет не чувствовать этого тошнотворного запаха. Спирт, сигареты, перегар — адская смесь. — Назовите адрес, — снова попросил Чан, но уже ехал в нужном направлении, не слушая, что там бормочет этот алкоголик. — Как зовут человека, которому вы должны отдать сумку? Я всё сделаю сам, а деньги будут в вашем кармане, обещаю.
— Им Йонг… — упав и распластавшись по всему заднему сиденью, пробормотал курьер, хотя Чан свернул направо плавно. Теперь он уже надеялся не на то, чтобы устранить запах, а на то, что ему не придется убирать рвоту из салона. После этой миссии «Тойота» однозначно отправляется на автомойку с полным спектром услуг и чисткой сидений. — Господин Бан, а у вас есть жена?
— Невеста, — коротко ответил Чан, не понимая, к чему такой странный вопрос.