От кого: Чан.
Джин, я жить без тебя не могу. Вернись ко мне, забери из этого кошмара. Я тебя люблю.
С этим Чан под веселый смех и обращенные на него взгляды, а затем откинул голову на спину стула. Боги, как хотелось домой.
*****
Шофер открыл дверь их семейного «Мерседеса», и Йона, ноги которой мерзли в этих туфлях на шпильках, прыгнула в машину, обняв себя за плечи. Мать в мгновение ока оказалась рядышком, а отец занял переднее сиденье. Господин Чхон весь месяц не разговаривал с дочерью, только по нужде, если приходили его коллеги или друзья, чтобы создать видимость идеальной обеспеченной семьи, но не более того. У каждого из своих невероятно полезных знакомых он спрашивал о молодых мужчинах от двадцати двух до тридцати лет, шутил о свадьбе, но Йона понимала, что это никакие не шутки. Не пройдет и года, как ее нарядят в белое платье, наденут фату и отправят в счастливое замужнее будущее. Но уж тогда пусть бережется будущий муженек, потому что он будет сам молить о разводе и пощаде, уж Йона собиралась об этом позаботиться. А не получится — всё равно создаст себе какой-нибудь бизнес, заставит переписать его на себя, купит недвижимость и станет самостоятельно решать свою судьбу. Даже это платье отец подарил из корыстного умысла, хочет, чтобы она подцепила кого-нибудь в модном доме.
Места у них были выкуплены в первом ряду, близко к подиуму. Софиты медленно двигались туда-сюда, беседовали оживленные гости, предполагающие, что ожидать от этого показа, журналисты бегали по залу в поисках интересных снимков, пока не начался «банкет», фуршетные столы ломились от закусок, но люди, на удивление, почти ни к чему не притрагивались. Йона скучающе обводила глазами подиум, задержалась на шторах, а потом взглянула на большой экран наверху. До этого на нем показывали различные рекламы, но не сейчас — теперь там появилось лицо Феликса. Госпожа Чхон сразу же оживилась и почти захлопала в ладоши.
— Это мой племянник! — воскликнула она, и женщина рядом разулыбалась.
— Веди себя сдержаннее, дорогая, — господин Чхон похлопал жену по руке, и та, согласно кивнув, всё же продолжила рассматривать сменяющие друг друга фотографии Феликса. — Разве мать тебе не сказала? — спросил он у ошеломленной дочери. — Мы пришли сюда поддержать твоего кузена, сегодня его первый показ. Вы с Феликсом сейчас не общаетесь?
— Нет, — Йона покачала головой. Надо же, отец заговорил с ней, и пары месяцев не прошло. Однако удивительнее всего было не это. Феликс с их работой не пришел бы сюда просто так, значит, что-то не то с Ча Суми или с кем-то в ее штате. — Я ни с кем не общаюсь, даже с Джин, — добавила Йона для пущей убедительности. Пусть даже не думает задавать вопросы о Хане. Но если Феликс здесь, то, быть может…
Ча Суми вышла на подиум под громкие овации. Гости повставали со своих мест, свет софитов направили на хозяйку модного дома, славящуюся любовью к вниманию и перфомансам, стены в зале вдруг начали отливать сиреневым и голубым оттенками, все затихли в ожидании приветственной речи, но Йона ее не слушала, напряженно думая о своем. Ча Суми долго напоминала о том, что с шла к успеху с большим трудом, что создавала этот дом с нуля, что сегодня гости увидят не только костюмы, созданные лучшими дизайнерами Кореи, но и не менее красивых девушек и юношей, среди которых он — Ли Феликс, звезда модных журналов и кумир молодежи. Громкость музыки шла по возрастающей, скоро басы начали ударять в пол, Ча Суми махнула руками, и на нее откуда-то посыпались блестки, падая вниз, как дождик для украшения новогодней ёлки. Вскоре перед зрителями предстало две девушки в стильных жакетах кораллового цвета, но разного фасона и кроя. Одинаковая походка, как у заводных кукол, поза в виде упертой в бок руки, и один воздушный поцелуй, направленный в зал.
Следом вышло двое парней, на сей раз в смокингах неклассического типа цвета хаки, расшитых причудливыми узорами, дорогой черной обуви и с тонной украшений на пальцах и в ушах. Молодые девушки неподалеку залюбовались, но Йона ожидала чего-то более впечатляющего. Вот когда выйдет Феликс, тогда можно будет порадоваться, а пока придется обойтись вялыми аплодисментами. Снова девушки, на сей раз в менее классических костюмах, а платьях в стиле «городской шик», в туфлях на здоровом каблуке и с простыми повседневными прическами. Очевидно, сейчас снова должны были выйти парни, и когда музыка сменилась, Йона застыла на месте, прикованная к сидению. Рядом с Феликсом, которого встретили громкими криками и овациями, бок о бок шел Чанбин. Сейчас его было и не узнать, в этом темно-синем костюме, острым пронзающим взглядом, плавной мужской походкой и нестандартных сережках.