— Госпожа, уходите! Не мешайте! — прокричала медсестра, но Йона, кажется, ее даже не слышала, сжимая второй рукой недвижную ладонь Хана. — Вы ему кто, госпожа?! Немедленно уйдите! Вам нельзя с нами! Опустите же!
— Я его девушка и буду с ним! — прорычала Йона, и ее крик раздался по пустой больнице эхом. — Джисон, прошу тебя, давай не умирай! Пожалуйста!
— Госпожа!
Чанбин немедленно подбежал к Йоне и развернул к себе, обняв за плечи, чтобы не дать ей, плачущей навзрыд, и дальше мешать персоналу. Каталка скрылась за стенами реанимации, медсестра закрыла дверь и начала раздавать приказы, Джин упала на пол, чувствуя, что ноги ее больше не держат. Теперь оставалось только мучительно ждать, надеясь на лучшее и думая о том, что с остальными. Чана полоснули ножом, в Феликса выстрелили, Минхо потерялся. Нет, это не может быть правдой, это какой-то кошмарный сон. Опоздай Йона и Джин хоть на минуту, Хан бы погиб, сгорев в собственной машине, и на следующий день нашли бы только его обугленный труп. У Йоны не прекращалась истерика, звонил ее телефон, и только Хёнджин, стараясь сохранять подобие самообладания, подошел к стойке регистрации, назвав имя и фамилию Хана, а также сообщив, что из близких у него только бабушка, живущая в Йоджу. Потом он направился к Джин, поднял ее и усадил на диван, бессильно упав рядом. Говорить ничего не хотелось, повисло долгое гнетущее молчание, было слышно только шаги и тиканье проклятых часов, напоминающих, что время уходит, а вместе с ним, возможно, и жизнь Хана. Из парней никто не отвечал на телефон. Через несколько часов дверь реанимации открылась, и показался врач.
— Нам удалось стабилизировать состояние пациента, но есть большой риск, что положение может ухудшиться. У него сильное сотрясение мозга, возможна кома и частичная потеря памяти. Если к обеду нам не удастся помочь, то…
— Что значит «если»?! — Йона посмотрела на врача своими красными от слез и бессонной ночи глазами и схватила его за складки халата. — Вы доктор или кто?! Делайте, что хотите, спасайте его, как хотите, но Джисон не умрет! Нет! Не умрет! Если это случится, я лично перережу вам всем глотки и разорву на части!
— Госпожа, мы сделали всё возможное, — спокойно ответил врач, вырвавшись из цепкой хватки. Он уже привык к подобным сценам. — И будем продолжать следить за состоянием пациента. Вам остается только верить в лучшее и надеяться. Пока что можете пройти к нему, но старайтесь ничего не трогать.
Не дослушивая, Йона грубо толкнула врача в сторону и ворвалась внутрь, упав на колени и сжав руку недвижно лежащего Хана. Приложившись к его ладони лбом, она вновь начала плакать, не чувствуя и не слыша ничего вокруг себя, даже пикающих приборов. Не может быть, чтобы сегодня его не стало, он не может умереть, никогда больше не размокнув век. Чья-то рука легла на плечо, но Йона не оборачивалась, начав шептать Хану, чтобы он не смел покидать ее.
— Если хочешь, прогони потом, скажи, что я тебе не нужна, что ты меня не любишь, — словно молитву, тихо вторила она. — Только очнись, пожалуйста, Джисон. Ты, главное, живи. Живи, ладно?
— С ним всё будет хорошо, — ласково сказал голос плачущего Чанбина. — Мы всегда выкарабкивались, и этот раз не стает исключением, поверь мне. Знаю, тебе это уже говорили, но… он очень любит тебя, Йона, — сев рядом на одно колено и не убирая руки с плеча, Чанбин продолжил говорить: — Может, я и бестолковый и ничего не понимаю в этой жизни, но настоящую любовь вижу за километр. И это именно она. И только ради нее Хан снова откроет глаза, вернется к нам всем. А пока пойдем, поедешь с Хёнджином и Джин в штаб, я останусь и буду приглядывать, обещаю.
— Тогда нас здесь будет двое, — подав слабый голос, ответила Йона и повернулась к Чанбину, упав в его объятья. — Я не покину Джисона, когда так нужна ему, и не сдвинусь с этого места до тех пор, пока он не очнется. Если моя любовь поможет ему прийти в себя, как ты говоришь, то я должна быть здесь.
— Тогда будем здесь и не подпустим к Хани смерть с косой, если та вдруг решит явиться, — Чанбин крепко прижал Йону к себе и, смахнув с ее лица слезы, поднялся. Потом вышел и встал лицом к лицу с Хёнджином. — Езжайте в штаб и ждите парней. Наверняка они скоро появятся, если еще не появились, возможно, им понадобится какая-то помощь. Мы с Йоной останемся здесь и будем приглядывать за Хани. Обязательно позвоним, если что-то изменится.