— Пожалуйста, только будь осторожна и не ходи одна, ладно? — попросил Хан, постоянно держа в памяти, что Йоне угрожает опасность. Помнил он и о порезах, скрытых под рукавами, но знал, что сейчас не место и не время о них говорить. Вот бы сбросить сейчас этот гипс, отключить капельницу, полностью исцелиться и поехать куда угодно, где они с Йоной будут только вдвоем, да хотя бы даже к тому фонтану. — Можно тебя кое о чем попросить?
— О чем хочешь, о том и проси, — усмехнулась Йона.
— Привезите мне вещи, пожалуйста, и когда будете собирать… В общем… Захвати моего квокку, ладно? Я не могу без него спать, — Хан смутился, услышав звонкий смех Йоны, но говорил чистую правду. — Я ж не знаю, как долго буду здесь валяться, поэтому хочу, чтобы важная часть моего дома была со мной. А еще зубную щетку, пасту, трусы, пижаму, пару футболок, шорты, а всё остальное на ваше усмотрение. Ну, Минхо знает, где и что лежит.
— И почему я не удивлена, что именно он?
Йона обернулась, когда открылась дверь, и приняла из рук Чанбина кофе с круассаном. Телефон дал знать о себе уведомлением о сообщении, в очередной раз писала мать, и вот теперь стало страшно. Ночью некогда было думать о том, что скажут родители, что сделают или чего не сделают, но сейчас, когда живой и пришедший в себя Хан разговаривал с Минхо и Чанбином, вдруг накатил ужас. Однако сегодня Йона не хотела ехать домой одна, она боялась, ей было необходимо, чтобы кто-то был рядом с ней, а потому она, не отвечая матери, стала ждать остальных. Когда в коридоре послышался шум, сразу стало понятно, кто явился. Первым в палату ворвался Хёнджин, что-то прокричавший, потом хромающий Феликс, бережно пропущенный Чаном вперед, за ним Сынмин с Чонином, скачущие по разным сторонам от кровати, и, наконец, Джин, которой Хан первой сказал спасибо за помощь.
— Мы с тобой сегодня так и не появились на учебе, — шепнула Йона стоящей с улыбкой Джин. — Поедешь со мной домой? По дороге срочно надо выдумать, что мы делали ночью, если отец вдруг спросит.
— Да, конечно, — ответила Джин, тоже только теперь вспомнив и об университете, и о родителях Йоны, и вообще обо всех повседневных делах. — Давай попрощаемся с Хани и поедем, иначе хуже будет, — кивнув подруге, Джин подошла к Чану, что-то прошептала ему на ухо, коротко поцеловала в губы, к небольшому удивлению Йоны, и подошла к Хану, чтобы попрощаться. — Выздоравливай и обязательно говори, если что-то будет нужно, хорошо?
— Ты и так много сделала. Спасибо, — Хан кивнул Джин и повернул голову к Йоне, попытавшись привстать. На сей раз у него вышло, хоть и пришлось перетерпеть боль во всем теле и в висках — в особенности. — Я увижу тебя завтра? — забыв о том, что вокруг них куча людей, спросил Хан.
— Обязательно, — Йона наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку, потому что знала, что в губы еще рано. — Мы с Хёнджином подберем тебе гламурную повязку и привезем все вещи, а пока отдыхай, — она не стала говорить о своих опасениях по поводу родителей, потому что не хотела волновать и без того весьма нездорового Хана еще больше, хотя внутри всё сжалось в комок.
Джин уже вызвала такси, и они вдвоем отправились в особняк семьи Чхон, тщетно пытаясь придумать, что будут говорить. Можно было наврать что угодно: ночной клуб, катание по городу, дискотека в центре Сеула, пьянка в доме друга из универа, но госпожа Чхон ни за что в это не поверит, когда увидит Джин и Йону не накрашенными, в простой повседневной одежде, да еще и растрепанных и заплаканных. Нет, это было бесполезно, ни одна отговорка не походила на правду, и потому оставалось уповать на то, что и объяснять-то ничего не придется. Машины господина Чхон не было, значит, он куда-то уехал, что уже к лучшему, зато вот госпожа Чхон встретила их с грозным видом, стоя в дверном проеме. Не здороваясь, она показала Йоне, чтобы заходила в дом. Шаги медленные, взгляд опущен, но отнюдь не из-за чувства вины, на волнение матери было глубоко плевать, однако страх не уходил.
— Джин, оставь меня с дочерью, — стальным голосом проговорила госпожа Чхон, и Джин, замешкавшись на несколько секунд, вышла на улицу, решив прислушиваться и быть начеку. Чуть что — сразу схватит подругу за руку и побежит, куда глаза глядят. — Ты понимаешь, что ты натворила?! Куда ты уехала, не предупредив?! Для чего тебе телефон?! — закричала госпожа Чхон так, что даже прислушиваться не было особой надобности. — Ты хоть знаешь, скольких сил мне стоило прикрыть тебя?! Твой отец с трудом поверил, что вы уехали ночевать к Джин, чтобы не мешать ему с ужином! Ты хоть на учебе появлялась или нет?! Разумеется, нет! Ты не представляешь, как я волновалась! Да чуть с ума не сошла! Твой отец бы нам этого не простил!