Отойдя в сторону, Сынмин набрал Чанбину и сказал ему нарыть как можно больше информации на Мин Тху, чтобы найти что-нибудь, чем можно будет угрожать в случае, если что-то пойдет не так. Сейчас коррупция превысила все допустимые пределы, наркоимперии будут бороться и барахтаться изо всех сил, продажных полицейских пруд пруди, и Мин Тху с его связями и влиянием опаснее всех. В том, что он пойдет на что угодно, лишь бы повернуть дело в выгодное для себя русло или побыстрее закрыть его, чтобы не пачкать руки, не было никаких сомнений, и Сынмин решил действовать на опережение, участвуя во всех обысках и допросах.
— Пробили ближайших родственников умерших… — Чонин выглядел обеспокоенным и задумчивым. — У Кан Муёна есть брат, погибший при невыясненных обстоятельствах еще весной, и как ты думаешь, кто это был?
— Неужели?..
— Да, Кан Бёнхо, — активно закивал Чонин, и Сынмин вскинул уголок губ. — А вот это неплохая зацепка.
*****
С каждым днем находиться в больнице становилось всё труднее и труднее. Занять себя нечем, вдохновение не поймаешь, хоть несколько строчек и удалось подлатать, за окном пасмурно, всё время идет дождь, игры на новом телефоне надоели, да еще и этот гипс и сломанная рука, из-за которых даже не потанцуешь. Плейлист, и тот обновить было сложно, потому что вся музыка надоела. Хан лежал, смотря в потолок и подбрасывая яблоко вверх. Доктор сказал, что нужно потерпеть еще несколько дней и тогда уже можно будет выписываться, но время тянулось так медленно, что даже лишний час казался здесь вечностью. Единственной радостью были приходящие каждый день парни, Джин и Йона.
Хану до сих пор не верилось, что он теперь занятой парень и что Йона теперь — его девушка. Они не целуются просто так, по дружбе, не пытаются разобраться в происходящем между ними, а лишь наслаждаются обществом друг друга и постоянно милуются у всех на глазах. Йона нежно гладила его волосы, помогала одеться, рисовала забавные вещи, шутила, водила гулять, показывала смешные видео, всё время повторяла, что любит, и от этого Хан таял, как весенний снег, ложась головой на колени Йоны и обнимая ее за пояс одной рукой. На душе становилось сразу хорошо и радостно, не терпелось поскорее выписаться, чтобы гулять, купаться, готовить вместе, смотреть дорамы по вечерам, дурачиться и веселиться. Теперь Хану стало казаться, будто они встречаются уже давно, с момента их первого поцелуя, зато вот вспоминать их знакомство, когда Йона пыталась привлечь внимание Чана, совсем не хотелось. До сих пор сложно было понять, как могло получиться так, что Хан ее терпеть не мог, когда сейчас чувствовал, что жить без нее не может и скучает каждую минуту их разлуки.
Радостно было хотя бы от того, что полиция не подозревает их, особенно Минхо, за которого Хан беспокоился больше всего. Да и со страховкой разобрались, первым делом после выписки стоило поехать и присмотреть себе новую машину, потому что метро и автобусы — ад кромешный, особенно после того, как привык к личному транспорту и знаешь, что в любой момент можешь взять и поехать, куда тебе нужно. В данный момент, чтобы не умереть от скуки, Хан просматривал несколько новых моделей и раздумывал над покупкой, хоть и чувствовал, что будет скучать по своему родному и, к сожалению, сгоревшему «Хёндаю».
— Я привезла тебе мандаринов, — послышался голос Йоны, и Хан отложил телефон, сразу начав улыбаться. Он скучал. Да, они виделись вчера, но тоска становилась день ото дня всё сильнее. — Сегодня дождь, прогуляться не получится, но можем посмотреть какой-нибудь фильм, я и ноутбук прихватила. Как хорошо, что завтра выходной, потому что меня эта учеба уже одолела! Я же почти не занималась, пока была в своей апатии, вот теперь сдаю долги и целыми днями готовлюсь к аттестациям, некоторые преподы только и делают, что унижают. «Чхон Йона, голова у вас, конечно, красивая, но ведь кроме красоты еще что-то нужно!» Ты представляешь?! Старый грубиян. Уверена, что ночами он только и делает, что залипает на красивых девушек в интернете! — Йона всё говорила и говорила, не прекращая, пока Хан, приняв позу лотоса, не переставал улыбаться. Он любил ее голос и в особенности — ворчание.
— Не кипятись, скоро ты всё обязательно нагонишь и сдашь сессию, — Хан взял ее за руку, отложив мандарины и ноутбук в сторону. — Если хочешь, давай я тебе помогу с написанием конспектов, мне всё равно здесь делать нечего, — сказал он и почему-то только сейчас понял, что совсем забыл о ее отце, который наверняка приедет уже очень скоро.