— Привычка после тюрьмы, я держу после этого в кармане нож, — попытался объясниться Чан, и господин Чхон вдруг по-доброму рассмеялся, а потом обнял его за плечи, как старого друга. — Я всё понял и обязательно передам Йоне, если что-то пойдет не так и они снова начнут сближаться.
Чан и господин Чхон вернулись, когда все уже были в сборе и продолжали беседовать, и только Джин выглядела бледнее обычного. Она еще не сказала, что нашла в кабинете, там, куда Йона не догадалась заглянуть, не хотела никого не волновать, но сама не знала, куда деть себя от нахлынувшего страха и шока, просто молилась, чтобы поскорее уехать домой. Следующие пару часов Йона и Хёнджин не отлипали друг от друга, собственно, им было о чем говорить, не притворяясь увлеченными, Феликс изображал легкие спазмы в животе, а господин Чхон охотнее беседовал с супругой и госпожой Хван. Пришло время разъезжаться, Чан вызвал такси, решив оставить машину здесь, так как успел выпить, попрощался со всеми глубокими поклонами, а с друзьями — объятьями, а Джин попросила Феликса остаться здесь с ночевкой, на всякий случай, ради Йоны.
— Что-то не так? — спросил Чан и подал Джин успокоительные, когда она начала буквально задыхаться. — Тише, тише, дыши, — ласково сказал он, — всё хорошо. Что ты там нашла? Что-то очень серьезное?
— Ч-чан… этот человек просто монстр… — ответила она, и из глаз брызнули слезы. — Я не до конца уверена, но просто я заглянула в один ящик, и там был какой-то телефон, сначала я не обратила внимания, а потом решила всё же включить, он заблокирован, код я отгадала совершенно случайно — дата рождения Йоны и Хёнву, — Джин помахала перед лицом ладонями, выдыхая, и продолжила: — Там господин Чхон хранит, видимо, записи разговоров, которые связаны с криминальными делами, не знаю, зачем они ему нужны, возможно, чтобы в случае чего сдать сообщников, н-но… Там были даты, и я открыла ту, которая… — Чан погладил плечи Джин, стараясь ее успокоить, хотя теперь волнение передалось и ему. — За день до той аварии, и… Это он приказал. Там не было конкретных имен, наверное, господин Чхон сам не знал, кто будет в машине, но это он, Чан… Его приказ. А потом фотографии Хана, перевернутого, всего в крови, в сообщениях от неизвестного номера…
— Погоди, погоди, — Чан выставил ладонь вперед, — ты хочешь сказать, что это он сговорился с наркодилерами и заплатил, приказав уничтожить машину с содержимым?
— Не знаю, я не знаю! — воскликнула Джин в истерике. — Там мало что было понятно: приказал, попросил или заплатил, каким способом, но факт остается фактом — это его инициатива с той аварией, о взрыве речи не было. И я не знаю, возможно, он нанял кого-то, чтобы убить Хана, а те решили воспользоваться случаем, потому что знают, что вы охотитесь на них. Ничего не понимаю, ничего! — Джин закрыла лицо руками. — Но те люди говорили, что не знают, кто будет в машине, поэтому я даже не представляю…
— Значит, мы выясним мотив, — заверил Чан, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие при воспоминании о том страшном маньяческим взглядом. — Всё будет хорошо.
Глава 42. Собачий лай
Сидя за партой и сгорбившись в позе вопросительного знака, Джин вырисовывала ровные линии по собственным наброскам, заглядывая в другой листок. Чем ближе сессия, тем больше зверели преподаватели и нагружали студентов самой разнообразной работой, как домашней, так и семинарной, не говоря уже о дополнительных заданиях в виде конспектов, чтения, личных проектов, и никто не знал, как всё успевать и за что в первую очередь хвататься. До конца пары осталось всего полчаса, Джин пыталась чертить быстрее, психовала, смазывая линии, тихо шипела и ругалась, пока Йона рядом с ней делала то же самое, только более громко и эмоционально. Как только прозвенел звонок и работа была сдана, раздался коллективный тяжелый вздох, даже Донхён распереживался и откинулся на спинку стула, а потом вдруг взглянул на Джин уставшими глазами, с темными кругами под глазами и неоднозначным странным взглядом.
— Йона, чего это он на меня так смотрит?.. Всё это время ведь делал вид, что меня вообще не существует… — Джин прищурилась на Донхёна, но даже тогда он не отвел взгляд, напротив, чуть расширил глаза и приоткрыл рот. — Ты посмотри на него! Да что?.. — поначалу Джин хотела молча развернуться и уйти, но Йона встала, не проронив ни слова, и подошла к Донхёну, скрестив руки на груди.