— Спасибо, — он прижался к щеке Феликса губами и шлепнул его по ягодицам. — И тебе спасибо, — теперь настала очередь испуганного, что Минхо подменили, Хёнджина. — Снова спасибо, — обратился он к Джин, — хён, я этого не забуду, — он прижал Чана к себе крепко-крепко и отпустил, оказавшись возле Чанбина. — Я буду помнить твою доброту, — Минхо шлепнул и его. — А теперь вы двое, — он снова подошел к Йоне и Хану и начал целовать их в щеки по очереди, — знали бы, как я всех вас люблю. Сейчас заплачу! — он смахнул в действительности потекшую слезу и, не оборачиваясь на озадаченные взгляды всех и каждого, вновь сел на мотоцикл. — Ну всё, теперь я — снова я, и давайте забудем то, что здесь случилось. Только чуть позже расцелую Сынмина и Чонина, чтобы не обижались.
— Ты странный, — вдруг сказал Хан, и Йона тут же накрыла его рот рукой.
— Нет, он просто счастливый!
*****
Так ли давно он сам был здесь, в этих обшарпанных серых и темно-зеленых коридорах? Всего несколько недель назад, но давящее чувство покинутости и отрешенности от мира не уходило, будто бы за спиной снова наручники, а рядом, бок о бок, шагает ощущение потерянной свободы. И всё же Сынмин, собрав волю в кулак, вернулся сюда, в царство зла, опустошения и опасности. Указав на стул, надзиратель сказал, что сейчас приведет подозреваемую, и кивнул, смотря как-то странно, будто бы даже узнал. Госпожу Шим, подавленную и осунувшуюся, привели в наручниках, сняли их и указали на посетителя, держащего в руках бумагу.
— Госпожа Шим, вы помните меня? — спросил Сынмин, и она сдавленно кивнула, а во взгляде ее не было ни надежды, ни радости, только отчаяние и смирение. — У нас не так много времени, но нужно многое обсудить. Начну, пожалуй, с главного: я уверен, что вас подставляют, просто знаю это и хочу, чтобы вы тоже знали, что есть человек, не сомневающийся в вашей невиновности. Поэтому давайте постараемся восстановить события и вспомнить, точно ли Пак Суёль ничего не принимал? Вы не замечали за ним ничего подозрительного?
— Я уже сто раз рассказала вам обо всем, что знаю… Если мои слова ничего не значат, то пусть, мне надоело оправдываться, — тихо проговорила госпожа Шим, пусто глядя на собственные руки. Тюрьма и постоянное давление сломали ее, и Сынмин сглотнул от повисшего в воздухе напряжения. — Уходите, пожалуйста, я не хочу ни о чем говорить, я устала…
— Мы должны восстановить справедливость. Послушайте, — не зная, можно ли, Сынмин просунул руку под стеклом и сжал пальцы утомленной и почти безжизненной госпожи Шим. — У меня две версии: либо Мин Тху намеренно подложил вам наркотики, чтобы замять дело, либо Пак Суёль всё это время хранил наркотики у вас дома без вашего ведома. Второй погибший — бывший наркодилер, и это должно быть связано, понимаете? Постарайтесь вспомнить, вел ли себя когда-то подозрительно Пак Суёль. Может быть, он куда-то уезжал. Почему он хотел уволиться? И когда он был у вас дома в последний раз?
— За несколько дней до смерти, я не знаю, может, и подложил что-то… — госпожа Шим не выдернула руку, но и глаз не подняла. — Я любила его, уже давно, думала, у нас взаимные чувства, он даже готов был уволиться ради того, чтобы мы были вместе, покинул женщину, с которой жил, но чем дольше я сидела здесь без дела, тем больше неприятного начала вспоминать… Он всегда выходил, если говорил с кем-то по телефону, кричал, если я стучалась в дверь его дома, не предупредив, что приеду, был вспыльчивым. Никто не видел его отрицательной стороны, кроме меня и его бывшей, наверное… И всё же в том, что его убили, я не сомневаюсь, — она ненадолго замолчала, пока Сынмин размышлял. — А, вот еще что. Он постоянно пил какие-то таблетки от головной боли, говорят, наркотики сейчас маскируют под что угодно. Повторю: я уверена, что Суёля убили, полицейский Ким, — добавила она, — и если из-за наркотиков, то… Мне уже неважно. Помогите мне выйти отсюда.
— Не помните название препарата, который потреблял Пак Суёль? — спросил Сынмин, радуясь, что есть какая-то зацепка. — Может быть, какого цвета упаковка? Или как выглядели таблетки?
— Они стоят у меня на кухне, в шкафчике, в такой белой баночке. Они желтого цвета, но на них есть серийный номер, сразу говорю. Это я так сказала, что может быть Суёль с помощью них избавлялся от головной боли, вызванной работой с наркотиками, ну или… Извините, если выгляжу полной дурой, я ничего в этом не смыслю, — ответила госпожа Шим и наклонилась пониже. — Если захотите проверить, запасной ключ всегда у соседки, я оставила его там, чтобы было кому кормить моего кота и поливать цветы, пока я в командировках. Ее зовут госпожа О Дженни.