— И еще скажите, пожалуйста, адрес и имя бывшей девушки Пак Суёля, это может нам помочь. Напишите вот здесь, — Сынмин вынул маленький блокнот и протянул его госпоже Шим. Та быстро написала всё, что нужно, а потом услышала, как объявили, что у них осталось пять минут. — Я обязательно вытащу вас отсюда, не сомневайтесь. Вы дали прекрасную зацепку, и я вас не подведу, — Сынмин встал и глубоко поклонился, а потом, не желая больше находиться здесь ни одной лишней минуты, направился на улицу.
Ждать было нельзя, поэтому Сынмин сразу позвонил Чонину и сказал ему ехать прямиком в дом госпожи Шим и поискать там таблетки, а также на всякий случай прихватить остальные, для экспертизы, а сам направился по данному ему адресу к некой Чхве Джугён в район Кансогу, бывшей Пак Суёля, которая наверняка его ненавидит. Проехав мимо нескольких зеленых скверов и обогнув большое дерево, Сынмин остановил машину, поправил совершенно обычный пиджак и заранее достал полицейское удостоверение, а потом поднялся по ступенькам на крыльцо и громко постучался, надеясь, что хозяева дома. Открыл мальчишка лет десяти или около того с улыбчивым лицом, сильно уж похожий на Пак Суёля.
— Здравствуй, я из полиции, — Сынмин ласково улыбнулся, — а дома есть взрослые?
— Мама! К нам дядя полицейский пришел! — громко крикнул мальчишка и убежал, так и не закрыв дверь, а Сынмин, немного помявшийся на пороге, решил, что может, пожалуй, и зайти. — Мам, вон он!
— Чем обязана? — не слишком любезно спросила Чхве Джугён и поставила корзину с мокрым бельем на стол, а потом приказала сыну выйти. — Если вы по поводу неуплаченного штрафа за парковку, то можете не беспокоиться, уже завтра мне придет зарплата, а потом я всё оплачу. А если по поводу моего заявления в суд по поводу неуплаты алиментов, то очень даже рада.
— Я по поводу смерти Пак Суёля, — ответил Сынмин и отрицательно покачал головой, когда ему предложили сесть. Молчание несколько затянулось, и только потом до осознания Чхве Джугён дошло, что именно она услышала. — Он скончался пару недель назад при неизвестных обстоятельствах из-за отравления сильно действующим наркотическим веществом. Я приехал, чтобы расспросить вас о Пак Суёле, от госпожи Шим я знаю, что вы, кажется, встречались.
— Встречались?! Ха! — Чхве Джугён хлопнула по столу, весело рассмеявшись. Видимо, смерть Пак Суёля ее никак не тронула, по крайней мере, так показалось. — Встречались! Какое слово подобрала эта шалава! Мы жили вместе много лет без росписи, у нас даже сын есть, а эта скотина свалила к кому помоложе! Устал он от семейной жизни! Наркоман проклятый, в студенческие годы я начала встречаться с ним, несмотря на зависимость, вытянула его из этого дерьма, мы жили в этом доме, который подарили нам мои родители! Я содержала всю семью несколько лет, у нас даже денег на презервативы не было, вот и получилось… — Чхве Джугён выдохнула, сдерживая свой гнев, пока Сынмин осторожно поставил их разговор на запись, хоть и не ожидал такой бурной реакции. — Поймите меня правильно, я очень люблю сына, но мне тяжело одной. Да, я знала, на что шла, когда выгнала Суёля за измену, собиралась требовать с него алименты. Как только дела у него пошли в гору, он начал зависать неизвестно где, покупать себе всё, что захочет, и я стала для него недостаточно статусной и привлекательной, видимо, вот он и свалил к своей любовнице. Говорят, когда мужчина добивается успеха, он избавляется от свидетелей своих прошлых неудач.
— Вы сказали, он был наркоманом? И вы помогли ему избавиться от зависимости? — уточнил Сынмин, на что Чхве Джугён кивнула. — Я слышал, Пак Суёль давно работает в офисе, а встречаться с госпожой Шим они начали только за месяц до его смерти. Когда вы расстались? И как давно он начал, скажем так, прилично зарабатывать?
— Я застукала их у него на квартире, — ответила Чхве Джугён, напрягая память, — вернее, нашла женскую резинку для волос и лифчик под кроватью, а потом подождала выходных и наведалась туда. Суёль даже не стал уговаривать меня остаться, будто ему вообще всё равно. Несколько месяцев назад он будто в лотерею выиграл, купил себе эту квартиру, машину подороже, начал сорить деньгами. На все мои вопросы отнекивался, говорил, что ему дали какую-то премию, но я не верила, а потом застукала его за изменой, и мне стало плевать. Было, конечно, подозрение, чем он там зарабатывает…
— И чем, по вашему мнению?
— Один знакомый поднялся на том, что торговал наркотиками, недавно он сел, вот я и подумала, что Суёль тоже мог… Вы тоже так считаете? — спросила она, надеясь, что не выглядит, как сумасшедшая. Сынмин активно закивал. — Ну так вот слушайте, — Чхве Джугён наклонилась, заговорив полушепотом, — он сильно употреблял, я долго настаивала на том, чтобы он бросил, и мы шли к этому шаг за шагом. Однако его старые друзья остались при нем, особенно этот, как его… Сейчас бы вспомнить… Ах, не помню! Я отказывалась со всеми ними общаться, — она постучала ногтями по столу. — Ах да, Кан Бёнхо!