— Вон ту черную штуку? — внимательно рассмотрев место, на которое Чан указывал головой, спросил Феликс. — Да, какая-то штучка… Похоже на микрофон или что-то типа того. Они нас подслушивают, — устройство тут же устрашающе сверкнуло красным.
— Значит, они хотят, чтобы мы выдали какую-то полезную информацию, — как можно тише прошептал Чан, надеясь, что его всем слышно. — Поэтому убрали всю охрану, а в когда вы были в комнатах, посчитали, что вы еще в отключке и не представляете опасности, или же не думали, что Хёнджин так быстро среагирует на их приход, — поджав губы, Чан потрогал наручники, удостоверившись, что цепь разорвать не получится, и вздохнул. В этот раз они попали в такое дерьмо, из которого живыми могут не все выбраться, но кое-что, возможно, и могло их спасти. — Если мы будем молчать или разговаривать о какой-нибудь ерунде, то терпение у них лопнет и кто-то придет.
— Да, придет, чтобы забрать в пыточную. И начнут с Хёнджина, — Чанбин повернул голову, — его будет легче всех разговорить из-за раны. Ну, они так подумают, — он замолчал, вновь задумавшись об Иннэ, Лиён, Ёнми и Юне, которые оказались здесь без всякой вины, и возможно, сейчас пытают именно их, спрашивая информацию, которую они и знать не могут. А что если прямо сейчас Йона и Джин тоже в опасности, раз их некому защитить? — Хани, ты что делаешь? Ай! — воскликнул Чанбин, когда его большой палец кольнуло что-то острое.
— Нас спасаю, — ответил, начав пыхтеть, Хан и продолжил делать что-то пальцами, несмотря на резь в запястьях. — У меня всё это время гвоздь Чонина лежал в рукаве, я постараюсь вскрыть на твоих наручниках замок, — пояснил он, стараясь больше не колоть Чанбина, однако это было не так-то и легко. — Просто доверьтесь Подрывашкину, я сейчас всё сделаю, а вы не молчите, поговорите о чем-нибудь, чтобы сбить всех с толку!
— Ну… — протянул Феликс, придумывая тему. — Бинни, как прошла твоя встреча с Ёнми?
*****
«Абонент вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позднее», — вот и всё, что слышала Джин четвертый час кряду. После того, как побросала все вещи, устроила настоящий бедлам, разбила светильник и порвала книгу, Йона устало села на диван и закрыла горящие от слез глаза, а потом приняла от подруги плед и чашку ромашкового чая. Хотя здесь ничто не поможет успокоиться, даже самые мощные таблетки. Решив, что ожидание слишком затянулось, Джин таки набрала Чон Ванху, но тот тоже не отвечал, да и вообще находился на больничном из-за ранений, никто не знает, где он, возможно, вообще уехал на рыбалку и думать забыл о работе. Звонить в полицию, наполненную предателями и продажными тварями, было нельзя, а номера комиссара, который мог бы им помочь, у Джин тем более не оказалось, даже Гугл не подсказал, будто бы можно было надеяться на обратное.
— Мы должны пойти искать их, — тряхнув плечами, словно от холода, сказала Йона. Ей немалой силы воли стоило приехать сюда, разругавшись с отцом и матерью и получив очередную пощечину. Ее даже заперли в комнате, но все забыли об окне, из которого, рискуя сломать ноги или что-нибудь еще, Йона и спрыгнула, а потом вызвала себе такси. Где живет Джин, родители, к счастью, не знали. — Я не могу сидеть здесь сложа руки, все парни куда-то пропали! Их вообще уже могли убить!
— Давай не будем думать о худшем… — попросила Джин, выпившая чуть ли не целую горку успокоительных и тоже успевшая наплакаться вдоволь. В тот раз, когда Чан вернулся из плена, то едва мог ходить, и тогда казалось, что больше такого не случится, а что теперь? Они все снова в опасности. — Ты права, сидеть сложа руки нельзя, но офицер Чон не отвечает, да и Чан сказал сидеть… А знаешь, неважно, что сказал Чан! Мы должны поехать на штаб, наверняка Бэкхёк, тот парень, который им помогает, еще там, он поможет и нам. Только как туда добраться?..
— Да, за нами могут следить, стоя у подъезда. Тогда мы приведем их в штаб… А может госпоже Хван позвонить? Ей тоже наверняка будет интересно предложение спасти ее сына, — Йона сначала было загорелась идеей, а потом поникла. — Нет, она может сказать моим родителям, и тогда работа парней раскроется всем, или еще чего похуже. А из этого дома есть какой-то иной выход, кроме подъезда?
— Мы можем подняться на крышу и спуститься по пожарной лестнице, как раз с боковой стороны здания. Идем! — Джин тут же залезла в шкаф, надела первые попавшиеся вещи, кинула Йоне куртку и обувь, так как та сбежала в одной кофте и тапочках, и, проверив, не стоит ли кто у двери квартиры, побежала по лестнице на несколько этажей выше.
Вызвав такси с телефона Джин до чуть отдаленной от штаба точки, Йона побежала за подругой вниз по пожарной лестнице, и вместе они направились к магазину, оглядываясь по сторонам, но за ними, кажется, никто не следил. Оставалось верить, что это и правда так. Машина нашлась нескоро, так как ехать было далеко, тем более в ночи, но когда подъехал добродушный дядечка-иностранец и по дороге начал рассказывать что-то о своей стране, семье и друзьях, удалось немного расслабиться. Таксист уточнил, точно ли их нужно остановить у этой скалы рядом со знаком «Стоп», и Йона показала большой палец, а потом выбежала из машины, собираясь сразу же понестись в штаб, однако Джин схватила ее за запястье и, начав махать водителю, дождалась, пока он уедет, только потом побежав в нужном направлении. Пришлось долго и упорно долбить в железную дверь, прежде чем сонный Бэкхёк встал и открыл ее.