— Ой, а еще ты прутья погнул, когда тебя пьяным притащили! — вспомнила офицерша, и они оба рассмеялись, пока Йона копалась в телефоне, не прекращая удивляться и не понимая, что тут может быть настолько веселого. — Приехали! Сейчас я всё решу, — она вынырнула из машины, кое-как открыв дверь, и зашла в небольшое здание. До Нунг и Йона последовали за ней. — Это офицер Хан. Нам нужно проверить несколько записей с камер, — она показала удостоверение, выглядев очень уверенно, и старичок уступил ей свое место, не требуя ордер. — Ну так, что мы ищем?
Йона перемотала на предполагаемое время отъезда Хана и принялась ждать, пока его «Тушкан» ворвется, в прямом смысле слова, на перекресток и куда поедет дальше. Офицерша стала отслеживать машину, перескакивая с камеры на камеру, пока не остановилась на черном пятне. Хан явно свернул налево, но на следующей камере он еще не запечатлен, да и на других тоже, а значит, остановился прямо там. Йона посмотрела на адрес ближайшего дома и выдохнула. Здорово, у них уже есть одна зацепка. Осталось найти «Тушкана».
— Спасибо вам большое, офицер Хан! — До Нунг слегка ударил ее кулаком по плечу. — Вы нас очень выручили.
— Тогда надеюсь увидеть вас, господин До, при других обстоятельствах. В каком-нибудь кафе, когда на мне не будет полицейской формы, и снова выпить по рюмочке соджу, — офицерша подмигнула, заставив До Нунга сглотнуть и засмущаться. — Вас подбросить до того дома?
— Нет! — тут же вскрикнула Йона, зная, что если еще раз сядет в эту машину и проедется в ней хотя бы метр, то ее точно вырвет. — Мы сами, спасибо вам большое, офицер Хан, если что, Нунги вам обязательно позвонит, — она сделала глубокий поклон сначала ей, а потом дедушке-охраннику и выбежала на улицу.
Дорога до нужного места оказалась довольно долгой, Йона всё это время сидела как на иголках, сглатывая и без конца думая о Хане. В его машине есть видеорегистратор, он точно запечатлел если не драку, то хотя бы момент похищения, было трудно предположить, что они на самом деле увидят на записи. Как только «Тушкан» оказался в зоне видимости, До Нунг попытался дернуть ручку двери, и та оказалась не заблокированной, что означало по крайней мере то, что Хан выбежал из машины в спешке, и видеорегистратор доказал это: он запечатлел то, что происходило за стеклом крышки багажника, а именно то, как приходит сразу семь или восемь человек и нападает на Хана. Тот дрался долго и умело, но когда его ударили по виску пистолетом, Йона вскрикнула, зажав рот ладонями, и покачала головой.
— Ненавижу… — прошипела она, когда бесчувственного Хана, лежащего на земле с кровью по всей правой стороне лица, небрежно взяли на руки и забросили в багажник. — Черт, этой машины не видно, мы не сможем ее отследить, да и наверняка она петляла по местам, на которых нет камер! — Йона обняла себя за плечи и громко-громко задышала. Но если эти люди не убили Хана сразу, значит, он им зачем-то нужен, и это вселяло надежду.
Заблокировав машину, Йона приложила ключ от нее к губам и оставила легкий поцелуй. Пусть они и на шаг приблизились к раскрытию тайны, но по сути от своего расследования получили только понимание того, что случилось, а Джин и Бэкхёк так и вовсе вернулись в штаб ни с чем, единственное, отправили Донхёна к его друзьям, чтобы он поговорил с ними в случае чего был готов к драке, хоть и толку от них всех ноль. Только и осталось, что уповать на некоего Чон Уёна, не отзывавшегося до самого позднего вечера, а Йона, Джин, Бэкхёк и До Нунг уже успели известись от волнения и напряжения, играя в UNO и карты, чтобы хоть как-то отвлечься. Тем не менее из мыслей Джин не уходил избитый Чан, пришедший однажды к порогу ее дома, и мысли о том, что с ним могли сделать на этот раз. Без него в этой жизни не было смысла. Наверное, это ненормально, скорее всего, это признак какого-то психического расстройства или сумасшествия, но Джин действительно не хотела существовать в мире, в котором нет Чана и их любви друг к другу, где останутся только увядшие лепестки подаренных цветов, и никогда не будет новых.