К Хёнджину, которого Чанбину никак не удавалось унести подальше, подкрадывалось сразу четверо, и тут вдруг послышались оглушающие выстрелы, и каждый из противников попадал по очереди. Бэкхёк перезарядил пистолет, тут же бросившись на защиту Феликса, пока До Нунг и Минхо, всё время двигаясь рядом друг с другом, посылали пули каждому, кто попадется на их пути, направили дула в сторону кого-то подбежавшего, и увидели девушек, ведомых одним из «Ястребов». Стоило только в поле зрения появиться Юне, как Хан, забыв о собственной безопасности, повалил противника на спину и, раздвинув ножницы, со всей силы надавил ему на горло, пока вверх не начала выстреливать кровь, вырубил другого круговым ударом ноги и нанес третьему увечье кольцами наручников.
— Ангел! — воскликнула Юна, показав пальцем, когда кто-то попытался подкрасться сзади, но Сынмин успел среагировать быстрее, чем Хан, и набросился на противника в прыжке, махнув скальпелем, пока Лиён закрывала Юне глаза, чтобы та не видела всего этого ужаса.
— Да уходите вы все отсюда! — снова приказал Чан, глядя в сторону Чанбина, Хана и девушек, а потом заметил, что с лестницы бежит еще кто-то, и увидел Ю Донгсу собственной персоной, оглядывающегося по сторонам и не понимающего, откуда здесь взялось столько людей.
Стиснув зубы и оскалившись, Чан со всего маху набросился на человека с пистолетом в руках и попытался выбить тот из рук, но пропустил удар и почувствовал, как с его губы и подбородка стекает кровь. Возможно, это было какое-то безумие, наверное, нужно было постараться заключить Ю Донгсу в плен и вытребовать у него все возможные ответы, но Чан был слишком зол, чтобы оставить очередную мразь в живых, и потому дрался так, словно его не продержали взаперти много часов, силясь отобрать у кого-нибудь пистолет. Повсюду творился хаос: Хан и Сынмин оттесняли противников от девушек, стоящих со своим оружием в руках, кто-то из гандбольной команды сильно пострадал, и товарищ тащил его к Хёнджину, защищаемому Чанбином, у которого не было ничего, кроме собственных кулаков, Чонин держался Феликса, и они оба оборонялись, стоя рядышком, пока Минхо с закончившимися в магазине патронами раскраивал головы всех противников по очереди, а Донхён, тоже получив не один десяток ударов, упорно махал битой туда-сюда, периодически попадая по кому-то. Увидев, как на него несется еще один качок, Чан встал с земли и напал первым, срывая кобуру, быстро доставая пистолет и без раздумий нажимая на спуск. Бежавший прочь отсюда Ю Донгсу, словно в замедленной съемке, вскинул руки вверх и, закричав, начал стремительно падать вниз, пока по его спине растекалось насыщенно-красное пятно. Для Уджина они придумают кару поинтереснее.
— Нужно уходить! — воскликнул До Нунг, в магазине которого патроны тоже закончились, все, кроме одного. — Бинни, хватай Хёнджина, пусть девушки идут за вами, я прикрою и соберу остальных.
— Нет, прикрою я, — увидев огнетушитель, сказала Ёнми и, взяв за руку Лиён, побежала к разбитому стеклу. — Держи крепко, — приказала она, быстро сорвала пломбу, поднатужившись, вырвала чеку, поручила Лиён раскрутить шланговую насадку, и со всей силы нажала на рычаг, принявшись брызгать во всех без разбору, надеясь, что остальные поймут ее замысел. — Уходи! — крикнула Ёнми, сделав жест рукой, одному из «Ястребов», и тот потащил за собой остальных товарищей.
— Мы тоже не должны здесь стоять! — проводя Ёнми через сквозь толпу и стараясь держаться стены, воскликнула Лиён, пытаясь найти своих. — Сынмин! — что было сил, прокричала она, надеясь, что и сейчас он ее услышит. — Сынмин, ты где?! — она оглядывалась в его поисках, увидела, как Иннэ ведет Чонина, как Хан выносит Юну на руках, как Чан и Феликс продолжают обороняться, а Чанбин снова подхватывает Хёнджина и закидывает его себе на спину. — Сынмин! — что было сил, прокричала Лиён и увидела его, бегущего со всех ног, на помощь.
— Держись за шею, — Сынмин подхватил ее на руки, надеясь, что Ёнми не будет отставать, однако она шла слишком медленно, всё еще распрыскивая огнетушитель, не успевая за ними.
Заметив это, Чанбин передал Хёнджина в руки Чана и стремглав рванул к Ёнми, волосы которой стали мокрыми, макияж расплылся, но зато руки уверенно продолжали сжимать огнетушитель, отгоняя всех противников и давая Бэкхёку, тащившему на себе «ястреба», уйти. В свете радуги из-за падавшего на воду света блеснуло лезвие, совсем недалеко от Ёнми, и Чанбин, округлив и выставив руку вперед, ускорил бег настолько, насколько был способен, молясь только о том, чтобы успеть вовремя. Нет, еще чуть-чуть, еще несколько шагов, совсем чуть-чуть… Пожалуйста, немножко… Мужчина замахнулся, целясь в девичью грудь, Ёнми испуганно закрыла лицо одной рукой, у Чанбина вырвался сдавленный крик, и тут вдруг между ножом и Ёнми встал кто-то еще, и в его теле повернулся нож.