Скучать в одиночестве не приходилось никому, особенно Чанбину, к которому подошел каждый и счел своим долгом спросить, как и где можно накачать такую мускулатуру, что он пьет, сидит ли на таблетках и протеине, какой зал посещает. Приходилось выдумывать на ходу, смеясь и отшучиваясь, Внимание дам тоже было каким-то излишне… прилипчивым, причем как бродивших по залу проституток, так и вполне приличных женщин, некоторые из которых едва ли не вдвое старше самого Чанбина. Хёнджин крутился где-то неподалеку, изначально они хотели, чтобы он изображал из себя телохранителя, но Чан, выгнув бровь и покачав головой, сказал, что тогда скорее придется объяснять, почему у такого, как Чанбин, в телохранителях такой, как Хёнджин, и это вызовет куда больше вопросов, чем поможет.
— Даже в туалете камеры, никакой тайны личной жизни, — пробурчал Чонин, подойдя к отвернувшемуся от всех Хану. — Тут есть несколько дверей, одна из них ведет в подвал, скорее всего там сейф, но охраны…
— Надо осторожно выяснить, что там, чтобы знать наверняка, — Хан потянул безалкогольный коктейль, надеясь, что не обнаружит там наркотиков, хотя многие из гостей и так сидели, нюхая какую-то вредную дрянь и запивая ее другой, не менее вредной дрянью. — Я попробую спуститься, а ты пока позаглядывай в другие двери, но что-то мне подсказывает, что за нами следят откуда-то сверху…
Хан откланялся, закинул в рот зефир и уверенной походкой направился в сторону той самой двери, минуя беседующих гостей и игроков в рулетку, среди которых каким-то образом оказался Сынмин. Этот зал огромен, людей здесь явно больше двух с половиной сотен, собрались все — обманывающие и обманутые, зачинщики клуба и его члены, еще не знающие, что от них требуется, но пытающиеся оторвать свой кусок богатства. Полгода назад парни не понимали назначение «Кальмара», почему такие важные и богатые люди, даже когда им начала грозить тюрьма, оставались и не уходили, кому конкретно это выгодно, почему Нам Сохён, Канг Юнг, Хван Хае, Жозефина Бонье, куча других людей решили сплотиться и как им это поможет. Этого не понимала полиция, тем не менее охотясь на членов клуба, это оставалось загадкой для всех жителей Сеула, но сегодня им всем развяжут глаза и покажут, чем является «Кальмар» на самом деле и как мэр, которого, как казалось, выбрал простой народ, завоевал свое положение.
Только бы всё получилось.
— Извините… — Хан улыбнулся по все тридцать два зуба, открыв дверь и рассмотрев четверых хорошо сложенных охранников. — Я думал, здесь туалет, мне уже невтерпеж, вы не могли бы подсказать, где он находится?
— Новенький, что ли? — учтиво спросил один из охранников и указал рукой налево. — Лучше не приходите сюда, строго секретно, сами понимаете… — и пока он говорил, боясь нагрубить «важному» гостю, Хан заглядывал вперед, пытаясь понять, сколько там дверей, если пройтись по коридору. Одна большая. И железная. — Туалет с левой стороны, недалеко отсюда. Приятного отдыха.
— Благодарю, — Хан сделал не слишком глубокий поклон, вживаясь в роль аристократа, и вышел. По крайней мере, место будущего сбора найдено, осталось только поработать с камерами. Да еще и мэра всё нет и нет, а когда он будет — не ясно. — Госпожа Хван здесь, — мельком увидев ее, пробежавшую мимо, сказал Хан, тут же рванув к Хёнджину. — Ее нетрудно было узнать даже под маской, но она меня вроде не засекла. Она ведь точно не знает, что мы будем здесь?
— Даже если и знает, это уже ничего не изменит, — Хёнджин покосился в сторону, на Минхо, практически раздевающего одну из проституток, держа в одной руке ее оголенное бедро, а в другой — карты. — Полиция только и ждет нашего сигнала, Чон Ванху со своими ребятами за пару кварталов отсюда, как только всё начнется… — он осекся, схватившись за ногу. Пулевое ранение всё еще давало о себе знать резкой внезапной болью, а уж если шел снег или происходили еще какие перемены в погоде, то его дергало со страшной силой. — Я просмотрел еще несколько дверей, многие из них закрыты. Если мы не перехватим камеры под свое управление…