— А что делать-то, когда ответы выбьем? — спросил Чанбин. — Он же настучит на нас, как только отпустим.
— Да, именно поэтому мы его и отпустим, — Хан вынул из кармана жучок и покрутил им перед лицом Чанбина. — Провернем то же самое, что и с Кан Бёнхо. Скорее всего, от бедолаги избавятся и без нас, а мы будем знать, куда он двигается и кого ловить. Мы с Джини последим за Линь Дэшэном, а вы… ну, разберетесь, куда идти.
Довольно хмыкнув, Хёнджин сложил пистолет в кобуру и застегнул ее на бедре. Пройти необходимо было всего лишь пару длинных и почти безлюдных кварталов. Пересчитав наличные, Чан хлопнул пачкой, закинул в рот жвачку и, приказав остальным пока что спрятаться, скорым шагом направился в сторону подъезда, возле которого стоял Линь Дэшэн, ковыряя носком землю. Весь не выспавшийся, с натянутым на верхнюю половину лица козырьком, неопрятный. Легкая жертва. Ускорившись, Чан подошел поближе и быстро представился выдуманным именем, а потом увидел протянутый пакетик с изжелта-белым порошком.
— Это точно то, о чем я просил? — Чан небрежно выхватил пакетик и придирчиво осмотрел его. — Мне обычная дурь не нужна, а только та самая. Корейская уже надоела. И да, мне нужна будет еще партия. Как провести в Корею незаметно?
— Мое дело — продать, а уж куда и как вы ее будете везти, я понятия не имею, — сквозь зубы ответил Линь Дэшэн, взялся пересчитывать деньги, а потом еще раз, подумав, что сделал ошибку. Но нет, клиент действительно принес больше положенного. — У нас есть человек, который поможет вам вывезти партию заграницу, буквально в любую точку Азии, я дам контакт, — тут же смягчился он и прибрал купюры в задний карман джинсов, а затем продиктовал Чану номер. — Говорят, корейская дурь куда лучше нашей, с чего вам здесь покупать? Да и не похожи вы на наркомана.
— Это потому что я перепродаю дурь, а не употребляю, — ответил на это Чан, дав Хёнджину знак одним движением руки, когда Линь Дэшэн закурил. — Тогда мне потребуется еще партия, всю сумму отдам, когда увижу сумку в своих руках. Ну а зачем мне эта дурь, не твоего ума дело.
— Не моего, так не моего, — согласился Линь Дэшэн и, еще раз похлопав себя по карману, словно деньги могли куда-то исчезнуть, развернулся, тут же ощутив удар по затылку пистолетом. Не успел хотя бы попытаться встать, как ощутил, что его придавливают ногой, и почувствовал острие ножа у своего горла. — Вы… вы что?! — воскликнул он, тем не менее не слишком громко. — Помогите! Напали! — осмелел Линь Дэшэн, и Хёнджин посильнее надавил на сонную артерию, чуть сковырнув кожу до крови.
— На твоем месте я бы не стал себя так вести, приятель, — сказал, наклонившись с пистолетом в руках, Чанбин, и Линь Дэшэн перешел на китайский, начав выкрикивать что-то. — Ни слова не понимаю из того, что ты там бубнишь, — он провел дулом по виску пленника. — Короче так: я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Начнем с самого примитивного и простого, — он осекся, когда Чан тронул его за плечо, и спрятал пистолет от глаз проходящей мимо девушки, но та не смотрела по сторонам и быстро прошла мимо. — Так вот, — продолжил Чанбин, — имя куратора.
— Да какого еще куратора?! Я сам перекупщик!
— Да-да, только наши сведения говорят об обратном, — Хёнджин незаметно взял у Хана, стоящего на страже, жучок и прикрепил его к куртке Линь Дэшэна. — Просто скажи всё как есть, и тебя сразу же отпустят, можешь не сомневаться, — он по-дружески потрепал пленника за футболку. — И наш друг не выспался, лучше его не злить, особенно когда в его руках пистолет.
— Да я тут… да я получаю распоряжения… — Линь Дэшэн не знал, как правильно сказать, чем в очередной раз доказал, что от него избавятся сразу же, если он проболтается. — Я забираю наркоту у другого дилера и храню дома, со мной связываются только по телефону, вот как вы! Куратора… Имя не знаю, прозвище — Кровавый Барон. Ну я могу назвать адрес, где забираю партии!
— А не брешешь? — прищурившись, спросил Чанбин. — Ты же нас тут же сдашь, как только мы тебя отпустим, я прав?
— Н-нет! Клянусь жизнью! — Линь Дэшэн снова заговорил на китайском, и Хёнджин чуть ослабил хватку, но продолжал крутить нож в руке. — Записывайте, записывайте, — продолжил говорить пленник, и Чан быстро чиркнул себе адрес, тут же пробив его по картам. Какой-то продуктовый магазин, что, в принципе, типично, но и необычно вместе с тем тоже. — Я всё сказал! А теперь пустите!
— Нет, не всё, — Чанбин залез в задний карман джинсов Линь Дэшэна, чтобы вернуть себе деньги, а потом таки вложил одну купюру ему в руки. — У вас, помимо наркотиков, есть какое-то чудо-топливо, устроившее тарарам на летних международных гонках в Сеуле. Что ты об этом знаешь?