— Мы перекрыли главный канал сбыта наркотиков, скоро всех поймаем, — ответил Сынмин, услышав уведомление и мельком улыбнувшись. Лиён снова разрешила забрать ее поздно вечером. — Только будьте осторожны и не засиживайтесь в одиночку, Сон Михи, одна дилерша, напрямую пригрозила похитить вас и вытребовать какие-нибудь ответы. Будьте осторожны.
— Сынок, ты же знаешь, что с нашей работой никакая осторожность не поможет, — легко ответил он и снова вернулся к бумагам. У Сынмина сложилось такое ощущение, что после всех своих боевых ранений Чон Ванху перестал дорожить здоровьем и жизнью и думал только о своей жене и детях, но никак не о себе. — Лучше сами будьте осторожны, вы еще молодые и можете пожить нормально.
Сынмин на это только кивнул и, посмотрев на наручные часы, отправился в зоомагазин. Лучший способ порадовать Лиён — это купить что-нибудь для Банви, а не для нее самой, и выбор пал на симпатичный синий ошейник с подвеской в виде собачьей лапки, а также на несколько вкусностей. Подъехав к приюту, Сынмин заглушил двигатель автомобиля, вышел на улицу и услышал сперва лай, а потом увидел разыгравшегося щенка, мешающего Лиён рассыпать корм остальным.
— Давай лучше я, — Сынмин, как и всегда, вовремя пришел на помощь и взял в руки гигантский пакет с кормом. — Говорил же я тебе тяжести не носить, а ждать меня, — он принялся по чуть-чуть рассыпать корм в миски, попутно гладя всех собак, уже привыкших к нему и переставших скалить зубы. Лиён даже не стала возражать, потому что знала, что это бесполезно. — У тебя ведь завтра выходной? — спросил Сынмин, вытирая пот со лба и открывая очередной вольер. — Может, прогуляемся сегодня втроем в парке, здесь, неподалеку? А потом я отвезу тебя домой.
— Я как раз хотела выгулять Банви, он еще не привык к улице, — погладив щенка за ушами, ответила Лиён и села за бухгалтерские книги. — Только здесь закончу, а потом я готова, — она нежно улыбнулась, взглянув на Сынмина исподлобья, а ему с каждым днем становилось всё легче от того, что она начала ему доверять и больше не боится держаться под руки, идти рядом и слышать чье-то дыхание возле себя.
Дождавшись, пока Лиён закончит с отчетностью и закроет приют, Сынмин молча надел на Банви новый ошейник и пристегнул поводок, а потом повел их всех в сторону хорошо освещенного парка, по которому гуляла масса людей, в том числе с собаками. Купив семечек для голубей и по яблоку в карамели самим себе, они присели на скамейку и принялись кормить наглых птиц, топчущихся по ногам, и весело наблюдать, как Банви разгоняет их, пытаясь ухватить хотя бы одну за крыло или хвост. Забывшись, Лиён положила голову на плечо Сынмина, и у него аж перекрыло дыхание, а тело оцепенело. В мысли вдруг снова ворвался Уджин. Когда-то они, наверное, вот так же гуляли, сидели на скамейке, урывками целовались, как обычная молодая пара, мило болтали и признавались друг другу в симпатии. На душе стало настолько противно и мерзко, что это тяжело было выразить словами. Мир словно почернел.
— Прости за вопрос, — проговорил Сынмин, решив всё же затронуть эту тему. — Если тебе неприятно говорить об этом, то мы не будем, но… Каким был Уджин, когда вы начали встречаться? Да, конечно, он изначально встретился с тобой для определенных целей, но ты не чувствовала в нем опасности? Каким он был с тобой? — Сынмин не хотел верить, что столько лет ошибался и пригревал змею на своей груди, не мог Уджин всегда быть таким, каков он сейчас.
— Он был… — Лиён на несколько секунд задумалась, подняв голову и спрятав руки в карманы. — Нет, я совсем не чувствовала, что что-то не так. После моих прежних отношений мне показалось, что мои страдания окупились и что я встретила человека, который будет обо мне заботиться. Уджин был нежным, внимательным, старался помогать по мере возможностей, даже шнурки мне завязывал. Как будто это вообще был другой человек… Но больше я так никогда не ошибусь и больше никогда не поверю в любовь.
— Но не все же такие, — возразил Сынмин, теперь и не зная, как себя вести, потому что даже в его стремлении защитить ее и помочь он видел Уджина. — Например, мои друзья не такие. Хани и Чан готовы на всё ради своих любимых, да и я тоже… Будь у меня девушка, я носил бы ее на руках и ни за что не дал в обиду, а тем более — не обидел бы сам.
— Прости, если обидела. Я не имела в виду, что не верю в любовь совсем, только хотела сказать, что я ее, видимо, недостойна. Сначала один парень, заказавший мое изнасилование, потом второй, который этот заказ выполнил. Наверное, это со мной что-то не так, если мне не встретился кто-то вроде тебя или твоих друзей, — она пожала плечами, а Сынмин едва сдержал себя, чтобы не прокричать, что вот он, рядом, готов на всё, сделает возможное и невозможное, чтобы Лиён не пришлось страдать, чтобы она перестала считать себя виноватой в существовании конченых мразей. — Но если ты хочешь знать, то я… В тебе не чувствую опасности. Иногда я вижу в тебе Уджина, боюсь предательства, но ты столько раз меня спасал, что с моей стороны это было бы низко.