Столько всего и при этом толком не за что уцепиться.
Но отчаиваться никто не собирался, и потому, приехав домой и принявшись подбирать одежду для сегодняшнего похода в бордель, Феликс находился в приподнятом настроении, уверенный в том, что даже если сегодня ничего не укажет на господина Чхон, они найдут что-то полезное и внесут это в список обвинений, когда придет время. И Хан, как бы ни тосковал и как бы ни хотел сделать всё по-быстрому, лишившись всякого терпения, набрался сил для этой вылазки. У них всё еще было оружие — надежда, а надежда, как известно, умирает последней.
*****
Перепоручив обсуждение похода в бордель и переговоры по этому поводу с Чон Ванху Феликсу, Сынмин отправился домой ближе к вечеру, чувствуя себя до смерти уставшим. Он по возможности участвовал в любом спецзадании, маскируясь под полицейского, и иногда находил то, что было не видно невооруженным взглядом — какие-то документы, связи с другими точками торговли наркотиками, уже знакомые лица, далее отправившиеся прямиком за решетку. Пусть сейчас это опасно, пусть в любой момент какой-нибудь офицер-предатель может доложить об их маленькой хитрости новому комиссару, Сынмин не боялся. Ему казалось, что он всё делает правильно. А вознаграждением за его труды стали короткие вечера с Лиён, которая либо ждала его дома с ужином, либо в питомнике, откуда он ее забирал. Они гуляли с Банви, выросшем за эти недели и начавшем становиться похожим на настоящего защитника, во дворе или сквере, иногда смотрели глупые музыкальные передачи по телевизору или какие-то шоу, шутили, смеялись, потом расходились ближе к ночи и после завтрака отправлялись каждый по своим делам. Это было так похоже на простую семейную жизнь, что Сынмин уже успел привыкнуть.
Поднявшись на лифте на нужный этаж и тихо открыв ключом дверь, он положил вещи на тумбочку в коридоре и устало добрался до кухни, из которой доносился звон посуды и жужжание блендера. Вкусно пахло свежей выпечкой и только что приготовленным мясом. Не став сообщать, что он дома, пусть и ненадолго, Сынмин осторожно снял обувь, отставив ее в сторону, проскользнул на носках по паркету и осторожно тронул поглощенную готовкой Лиён за плечо, не собираясь ее пугать, однако всё же напугав. Наотмашь ударив ручкой от блендера, она схватилась за грудь, а потом прибежал громко и грозно лающий Банви, который тут же успокоился, поняв, что хозяйке ничего не угрожает.
— Никогда больше так не делай! — попросила Лиён, всё еще пытаясь отдышаться. — Правда, никогда! Я ведь тебя чуть не убила! Не ударила хотя бы? — она ласково повернула лицо Сынмина к себе и, не найдя никаких следов побоев, облегченно прикрыла глаза. — Садись, я почти всё приготовила.
— Я встретил в лифте госпожу Хён из квартиры под нами. Она сказала, что я нашел себе красивую невесту, — оповестил Сынмин, заставив щеки Лиён стать лиловыми. Иногда так сильно хотелось прикоснуться к этому румянцу и наклониться ближе к лицу… Но увы, это невозможно. По крайней мере, на данном этапе их «отношений». — На месте соседей я бы тоже подумал, что у меня появилась невеста, это ожидаемо. Так что если будут задавать вопросы, не переубеждай никого в обратном, ладно? Всё равно ведь бесполезно, да и правду ты никому не расскажешь.
— Тебе предпочтительнее знать, что обо мне думают как о твоей невесте? Хотя мой отец тоже в этом почти уверен, — Лиён смахнула хвост с плеча на спину и наклонилась к духовке, осторожно приоткрывая ее, а Сынмин невольно засмотрелся на талию и нежные тонкие руки. И как он ни старался выбросить все эти мысли и перестать любоваться, у него не получалось. — Я давно ничего не пекла, надеюсь, что хваджон и булочки вышли вкусными, — она выложила их на широкую тарелку с золотистой каймой и поставила перед Сынмином. — А почему ты не раздеваешься?