— Тогда мне есть что тебе рассказать, — встрял Хёнджин, скривившись, словно проглотил добрую половину лимона. — Ты в курсе, что всё это время и так работала на Чхон Джуна? Что под его началом создавались и производились эти наркотики? Что он придумал всю эту систему? Я ни на секунду не поверю, что ты об этом не знала!
— Даже если так, то я не знала, Джини, — отозвалась госпожа Хван, удивленно приподняв брови. — Я исполняла свои обязанности и зарабатывала деньги, только и всего, а всё остальное было не так уж и важно. Я знаю, что вы хотите узнать, — она склонила корпус над столом. — Знала ли я о лаборатории, которую вы наверняка уже отыскали, и как так получилось, что мое участие в акциях «NTC Chemical» нигде не фигурировало. Собственно, как и других членов клуба. Магия юриспруденции, вот и всё. Мы всегда понимали, что рискуем и что нас могут разоблачить, поэтому тщательно охраняли свой золотой поток, зная, что можем им воспользоваться. И, как видите, почти получилось.
— Да, почти, — хмыкнул Хёнджин. — Ты действительно не знала, что господин Чхон — твой начальник? Неужели ты даже не пыталась выяснить, на кого работаешь?
— Начальником для нас всегда был Ян Инёп, он давал указания производителям и распределял поставки между кураторами, которые, в свою очередь, контролировали дилеров и доставщиков. Разумеется, я подозревала о том, что есть кто-то еще, кто стоит выше, даже пыталась выяснить, но это оказалось опасным предприятием, — госпожа Хван немного поразмыслила, стараясь собрать все мысли в кучу и наверняка думая о том, что было бы, знай она, кто на самом деле всем руководит. — У меня была догадка, что господин Чхон как-то связан с наркотиками, но не с нашей империей, а с конкурентами. Когда наша начала сыпаться, я решила перебежать и скрепить союз браком, но… — она удрученно посмотрела на свои потрескавшиеся ногти. — Я не знала, Джини. Верь или не верь. Даже мои способности не безграничны.
— Я только хотел узнать, стоило ли оно того. Все эти богатства и власть, если в итоге ты оказалась здесь, — проговорил Хёнджин, пристально взглянув на мать. — Стоило того, чтобы сломать мне жизнь, отравить и убить кучу людей?
— Я пришла сюда не для того, чтобы слушать философские рассуждения и упреки, — ответила на это госпожа Хван, и по одному ее взгляду стало ясно, что она нисколько не раскаивается. — Как видишь, мое влияние при мне, раз вы пришли, и я смогу отбыть свой срок со всем комфортом в ВИП-комнате внизу. Чем еще могу быть полезна? — устало спросила она, подперев кулаком голову.
— Расскажите мне о «магии юриспруденции», как вы выразились, — встрял Ким Ынчо, — и о наркотиках, которые производились именно под вашим руководством.
Хёнджин больше не проронил ни слова, молча слушая и изредка постукивая по подлокотнику указательным пальцем. Юридические тонкости сейчас неважны для их дела, важно было другое — как господин Чхон так долго умудрялся скрывать от всех, даже самых влиятельных членов «Клуба» и кураторов, свою причастность? Умно, нечего сказать. И эту лавочку, как выражается Чанбин, нужно прикрыть поскорее, пока зараза не распространилась на другие страны. Как минимум, Китай, Тайвань и Вьетнам уже задействованы, а дальше что? Лучше об этом даже не думать, а взять и перекрыть этой империи кислород. А со второй они быстро разберутся. Когда все вопросы у Ким Ынчо закончились, он отправился прямиком к главному надзирателю, чтобы уладить вопрос перевода Хван Хае из общей камеры в тайную ВИП-комнату, и попросил Хёнджина подождать. Тот только кивнул и сел в машину, принявшись печатать в общий чат, в котором состояли теперь все, кроме Йоны. Лишь бы она только там не резалась… Вспоминать о том, как она собиралась вскрыть себе вены во время показа, было больно, а думать о том, что она может повторить попытку — втройне больнее.
После допроса Сон Михи Чан сразу же отправился в Инчхон, встречать Дэвида, о чем сообщил заранее. Теперь им осталось только встретиться, в последний раз обговорить детали, отвезти Джин и Лиён в безопасное место, а потом начать действовать. Дождавшись Ким Ынчо, Хёнджин сел в машину и, сперва обговорив детали задержания Ян Инёпа, направился в квартиру Феликса, в которой все уже собрались. Абсолютно все. Стоял веселый шум и гам, слышался смех, как будто сегодня им не предстоит самое важное дело в их жизни. Дэвид, Сынмин и Джин громко и с удовольствием говорили о чем-то по-английски и шутили. Феликс, как гостеприимный хозяин, разливал всем чай или кофе. Остальные парни тоже делали кто что, но точно не грустили. Каждый старался не думать о плохом и в особенности — о Донхёне, которого пока что так и не удалось вытащить.