— Нет уж, если выкинул камень, не надо его на бумагу менять! — воскликнул Чанбин, заметив то, как Минхо пытается смухлевать. — Проиграл — дуй мыть посуду. А то не царское это дело, да?
— Сказал человек, который отродясь посуду моет так, что ее потом в руки брать мерзко. Всё в жирных пятнах, — проговорил Минхо, но смирился с поражением и отправился на кухню. Они все хорошенько подкрепились перед вылазкой, осталось только переварить. — Лиён, не поможешь? А то чего я один?
— Ну вот еще, — Сынмин перехватил Лиён, собравшуюся бежать на помощь, и прижал спиной к своему животу, поцеловав в макушку. — Сам справляйся, а она пусть отдыхает. Всё же впервые здесь в гостях.
— Да, и желательно из квартиры никуда не выходить без самой крайней нужды, — сказал Чан, отправляя пистолет в кобуру. По дороге из Инчхона в Сеул пришлось многое поведать Дэвиду на свой страх и риск, но сейчас он единственный, кому можно доверить безопасность Джин и Лиён. Тем более что у них будет занятие — навести справки о Йоне. — И никому не открывать. Даже если к вам придут и скажут, что произошла утечка газа, что кому-то нужно вызвать скорую и всё в таком роде — не смейте выходить. Я уверен, что Уджин предпримет по крайней мере попытку разузнать, где вы находитесь.
— Мы поняли, Чани, не маленькие ведь уже, — Джин притянула Чана к себе за шею и легонько чмокнула в губы. — Вы, главное, будьте осторожны. Знаю, глупое напутствие, учитывая то, что вы идете прямо в логово врага, но всё же… Не подставляйтесь лишний раз под удар.
— Госпожа Мун, ваш мужчина давно доказал вам, что его не сломать, — с улыбкой отозвался Дэвид, сделав глоток чая. — Кристофер смелый и сильный, вы можете быть в нем уверены. Кристофер, не сочтите за притязания, но если бы мне повстречалась ваша Джин вместо Виён, то я бы без раздумий отдал свое сердце и подарил кольцо именно ей. Это комплимент! — воскликнул он, и Чан, загордившись, снова прильнул к Джин. — Виён никогда за меня так не переживала и не волновалась… Эх, куда годы потратил?
— Вы так и не обзавелись дамой сердца за эти месяцы? — удивилась Джин.
— Да какое там! — отмахнулся Дэвид. — Обзавелся только случайными связями, а вот в любви как-то до сих пор не повезло. Как бы то ни было, я до сих пор не могу забыть Виён, во всех девушках ищу ее, хоть и понимаю, что это глупая затея.
— А она со старым злым дедом связалась. Вот чего ей только не хватало? — отозвался Чанбин, покачав головой. — Будь я барышней, такого мужчину не отпустил бы. Но да ладно, славно поболтали, — он выглянул в окно, за которым уже начало закатываться солнце, а потом тряхнул рукой с часами и поцокал. — Скоро должны быть у лаборатории, так что вперед! Работа не ждет.
— Завидую твоему оптимизму, — хмыкнул молчавший до этого Хёнджин. — Но нам и правда пора. Мы с Минхо поедем первыми, потом остальные. Так? — спросил он, глядя на Чана, и тот показал большой палец, а затем снова прижался к Джин на прощание. — Тогда отправляемся, как и договаривались, на общественном транспорте. Ждите в новостях сообщение, что в «Жемчужине морей» снова случился переполох, в результате которого отыскалась целая лаборатория с наркотиками. На вызов, когда мы всё обчистим, приедет Чон Ванху?
— Нет, он загородом в санатории, вернется только послезавтра, — сказал Чан при активном покачивании головы Сынмина. — Так что обчистить лабораторию придется так, чтобы никаких вещественных доказательств, кроме образцов наркотиков, у полиции не оказалось. Сначала проверим всё сами и отдадим Ча Канху, а потом уже — Чон Ванху. Новому комиссару нельзя доверять.
Хёнджин кивнул, снял с себя все украшения и хотел было уже выйти за дверь, увлекая за собой Минхо, как Джин вдруг прижалась к ним обоим, не зная, что сказать и как, но хотела показать только одно — она переживает отнюдь не только за Чана, но и за них всех, каждого, кто стал ей куда ближе, чем собственная родная семья. Сегодня решающий день, хоть внешне он и ничем не отличается от обыкновенных вылазок, которые парни проворачивали уже десятки раз и всегда возвращались живыми. Каждый пытался скрыть свое волнение и не прощаться громкими словами или стеклянными фразами, делая вид, будто всё в порядке. И только Лиён жалась к Сынмину, не привыкшая до конца к подобной жизни, стараясь как можно дольше не отпускать его от себя.
— Просто побудь с Джин и Дэвидом, — проговорил Сынмин, стирая ее слезу большим пальцем. — Завтра утром мы увидимся и всё будет хорошо.
— Угу… — Лиён привстала на носочки и потянулась за поцелуем.
Джин же заранее приняла успокоительные перед этим прощанием, потому что знала: она должна быть сильной ради Чана, не показывать, как ей боязно за него, не выказывать страха и верить в скорую победу, как и в то, что скоро всё это закончится. Еще даже не зная о работе парней, Джин уже видела в Чане их лидера, гордилась его стойкостью, смелостью и самоотверженностью. Но кто-то и для него должен стать плечом, на которое можно опереться, и кому им быть, как не ей? Прощание окрасилось тишиной, прерванной лишь биением двух сердец — его и ее, а также звуком легкого поцелуя в губы. Джин сделала несколько шагов назад, дотронулась до плеча Лиён и кивнула всем напоследок, едва сдерживая слезы.