На желание Мэтью сказать что-то в ответ Минхо только замахнулся кулаком и, довольный вызванной реакцией в виде уклонения и задрожавшей нижней челюсти, направился ко всё ещё страстно целующимся Хану и Йоне. Те отпрянули друг от друга, только когда начали задыхаться, но тут же вцепились с объятьями. Так и стояли, пока приходили в себя и пытались осознать, что увиделись спустя столько долгих недель.
— А дальше что делать-то будем? За вещами ехать или как? — спросил Минхо, перекинув кофту, придерживаемую двумя пальцами, через плечо. — Или сразу в аэропорт и в Корею ближайшим рейсом?
— А мой отец?.. — спросила Йона, и Минхо растянул губы в хищной улыбке.
— В розыске. Скоро будет почивать на нарах с красной нашивкой. Этот петух оказался главой второй наркоимперии и Таинственным заказчиком.
— К-кем-кем?.. — переспросила Йона, но Минхо только отмахнулся, мол, долгая история.
— Мы расскажем тебе всё по порядку чуть позже. Ты очень много пропустила, — сказал Хан и поцеловал ее в висок, а она только сейчас заметила кучу ссадин и царапин на их лицах. — Чхон Джун нам больше не грозит, даже Виён от него сбежала, а еще твоя мать нам довольно сильно помогла в поисках, правда, больше опасаясь за собственную шкуру… Заедем за вещами, соберешь всё, что тебе нужно, купим билеты и погуляем до отлета. Не хочу ни одной лишней секунды находиться здесь.
Йоне тоже не хотелось, и потому еще во время поездки в такси Минхо купил билеты на ночной рейс, а пока что им предстояла забота потруднее — растолкать прислугу, которая принялась как один названивать господину Чхон и Виён, и собрать все вещи. Хан не отходил от Йоны ни на шаг, бережно беря из ее рук одежду и аккуратно укладывая в чемодан, выслушивая фырканья и замечания вроде «это я никогда носить не хотела», «это на помойку» или «фу, не нравятся мне эти духи». Отодвинув половицу, они вместе достали закинутые под нее фотографии, спрятали в сумку и ни разу не обратили внимания на то, как ругается прислуга и стоящий на страже за дверью Минхо. Слишком хорошо вместе, слишком долго они не слышали голоса друг друга, слишком сильно скучали и даже не верили, что смогут однажды воссоединиться, но нежные прикосновения не давали забыть, что всё это реально.
— На, забирай, Китти, ты же примеряла, пока меня не было дома, — проговорила Йона, обращаясь к самой тихой и доброй горничной, и подала ей несколько платьев, штанов и юбок. — Носи с гордостью. Тебя, Вэнс, я вознагражу этими украшениями. Подари жене на скорую годовщину, и спасибо, что давал мне гулять в саду по ночам, — кивнула она охраннику, и тот, поколебавшись, принял из ее рук шкатулку. — Для остальных у меня особый подарок, — томным голосом сказала она, взмахнула руками и выставила вперед два средних пальца. — Аста ла виста, бэйби!
Деловито поправив кофточку, Йона дождалась, пока Минхо выкатит ее единственный чемодан на дорожку из камней, отделенных друг от друга изумрудной травой, отсалютовала ошалевшей прислуге и в припрыжку выбежала из дома, видя перед собой только калитку — путь на волю. Теперь ей уже всё равно на всех этих людей, кроме тех двоих, которые ей помогали, на эту богато украшенную усадьбу, в которой она провела время своего заточения, на отца, которому грозила смертная казнь, и на всё в этом мире, кроме самой себя и близких. Йона минула идеально стриженные кусты, деревья, старую статую и оказалась за пределами забора, а потом закрыла глаза и вдохнула.
Она наконец-то свободна.
— А экскурсии по Тауэру проводятся? — спросил Минхо, вызвав такси и открыв поисковик. — Надо посмотреть на всю эту европейскую средневековую приблуду. Ты ж у нас умная, в культуре разбираешься, будешь всё разъяснять.
— А мне всё равно, куда идти, лишь бы только с вами! — воскликнула Йона, взяла Минхо за руку, сжала ее, отпустила и запрыгнула на спину Хана. — Мой верный конь в латах из мешковины и синтетики отвезет принцессу в башню? — спросила она, чем вызвала два смешка. — Тауэр должен быть открыт. Вы знали, что вокруг него ходит очень много легенд и слухов? Например, под лестницей одной из башен нашли скелеты двух мальчиков. Есть подозрения, что они принадлежат принцам Йоркским, убитым там во время заточения, но кто это сделал, так и не выяснилось. А еще Тауэр был обязательным местом проведения коронаций и король или королева, на которых только что возложили корону, должны были провести там свою первую ночь. А еще там шикарный вид на Темзу!