— Ну что вы как подростки? — спросил не глядя он, заставив Джин покраснеть еще сильнее. — Мы всё слышали!
— Да, слышали! — поддержала Ханна, звонко расхохотавшись. — Феликс, пойдем играть дальше, дай моему оппе дорогу, а то чувствую, он со стыда там сейчас сгорит. Развлекайтесь, развлекайтесь, мы никому не расскажем, честное слово! Но не обещаю, что не будем этого вам припоминать. И это, постарайтесь не делать меня тетей раньше времени!
— Кажется, я забыл тебе сказать, что моя сестра бывает просто невыносимой… — протянул, покачав головой, Чан, чем вызвал у Джин нервный смешок. — Но раз все всё слышали и ни для кого ни секрет, чем мы занимаемся, то думаю, что мне пора снова взять тебя в душе. Люблю тебя, радость моя.
— Я тоже тебя люблю, но сейчас готова сгореть со стыда…
*****
Вылетевшая из бутылки пробка стукнулась о потолок, а пена полилась на руки Чанбина, но вместо того, чтобы обратить на это внимание, он громко-громко закричал вместе с остальными, когда Чан внес на руках в кафе одетую в свадебное платье Джин. Чонин и Сынмин тут же достали хлопушки, и вместе с лепестками цветов, доставаемыми из корзинок руками Лиён и Йоны, над головами молодоженов разлетелись конфетти. Хёнджин, такое ощущение, был рад больше всех, любуясь тем, как на невесте смотрится платье, которое он выбирал и даже подшивал собственноручно, Хан и Минхо прыгали, выкрикивая поздравления, а Феликс растолкал их всех, собираясь преподнести подарок первым.
— Не знаю, был ли у вас в планах медовый месяц, но зато в моих планах и в планах Джини очень даже был! Поэтому, поздравляю, Джин, твои путешествия продолжаются, и уже послезавтра вы летите в Милан! Тебе же, кажется, нравится итальянская архитектура?
— Господи, когда-нибудь они перестанут на нас так тратиться! — воскликнула Джин, слезла с рук Чана и крепко обняла Феликса и Хёнджина. — Давайте, прежде чем сесть за стол и прежде чем вы все нас задарите, я всё же брошу букет.
— Чур мой! Чур мой! — воскликнула Йона, забравшись на плечи Минхо, чтобы поймать букет наверняка. — Я тут предложение сделала, я замуж собралась! Подруга, прошу тебя, не промажь!
— Нуна, я тоже ловлю! — крикнул Чонин. — Бросай!
Джин громко рассмеялась, повернулась ко всем спиной и, согнув колени, метнула букет, но ни Чонину, ни Йоне не суждено было его забрать себе, потому что Чанбин как раз невовремя умудрился пройти мимо с подносом и зажмуриться, когда цветы ударили его прямо лицу. Да что ж это такое?! Он может начать их коллекционировать или что?! Что за намеки от судьбы?! Йона схватила этот букет и треснула им Чанбину по голове, а потом отдала обратно, тогда как Хёнджин и Сынмин переглянулись, издав совместное «у-у-у-у-у», уже зная, что в жизни их ноющего из-за одиночества друга появилась какая-то Кан Юджон.
Усевшись за длиннющий стол и дождавшись, пока Чанбин разольет по бокалам шампанское, все вздрогнули от раската грома и выглянули в окно — дождь. Невесомый, немного шумный и очень красивый. Первой слово взяла Йона, заявив, что раз она передает заботу о подруге Чану, то должна дать ему пару указаний о том, ему следует с ней обращаться, а иначе его ждет великое множество страданий. Джин только смеялась, зная, что она говорит и всерьез, и не всерьез одновременно, а потом принялась с улыбкой и слезами на глазах слушать заготовленную заранее речь Чонина.
— Я тоже хочу кое-что сказать, пусть это и не совсем относится к сегодняшнему празднику, но думаю, это никого не смутит, — сказал Чан, носивший это известие втайне от всех, кроме Джин, до сегодняшнего дня. — Не так давно мне пришло одно интересное письмо от компании… Кое-кому очень понравились наши песни и наш стиль, и поэтому… — Чан побарабанил пальцами по столу, заставив всех затаить дыхание. — Через месяц мы с вами идем подписывать контракт и начинаем петь! «Stray kids»! — громко и протяжно воскликнул Чан, а потом поднял свой бокал и вместе с соударяющимися друг с другом фужерами услышал дружный восторженный вскрик.
— «Stray kids»! «Stray kids»! «Stray kids»! — подхватили все остальные, вливая в себя шампанское и начав делать кто что: прыгать от радости, продолжать кричать, радоваться, как маленькие дети. Бродячие дети.
Вскоре дождь прошел, и небо окрасилось цветами радуги. Взяв Чана за руку, Джин кивнула в сторону улицы, и вскоре они сели поодаль от всех на скамейку, ту же самую, на которой сидели, когда решили покататься по ночному Сеулу.