— Да это не те патроны, что он покупает, как он будет стрелять из пистолета с неподходящими к нему патронами?! Какой дурак консультировал других дураков, снявших этот ужас?! — вновь воскликнул Чан, и тот парень, что сидел впереди, повернулся к нему с выражением жгучего гнева на лице:
— Господин! Если вам не нравится фильм, вы можете встать и выйти отсюда, а я ждал выхода два года!
Последовала новая сцена перестрелки, и Чан, чувствуя себя не способным смотреть это далее, встал, схватил Джин за руку и вывел из зала, пока она пыталась успокоить рвущийся наружу истерический хохот. Оба стали красными от смеха и стыда и, хватаясь за животы, вспоминали весь этот парад нелепости в мельчайших деталях, но никак не могли понять, как фильм с такими хорошими спецэффектами и знаменитыми актерами может быть настолько идиотским. Теперь-то Джин точно не пожалела, что не пошла на него с Донхёном, иначе бы она валялась на полу одна: либо от того, что умерла о смеха, либо от того, что ее кто-нибудь убил бы в этом зале.
Немного успокоившись и вытерев выступившие слезы, они снова подошли к киноафише и выбрали себе для просмотра семейный мультфильм, а потом затарились новым ведром с попкорном, но теперь поклялись не есть его во время ожидания. На улице уже настолько свечерело, что стало темно, полил дождь, но в зале кинотеатра никто об этом и не догадывался. Мультфильм оказался на удивление теплым и хорошим, с семейной атмосферой и приятной анимацией. Были и моменты, где можно было от души посмеяться, и где погрустить. В процессе просмотра Джин положила голову на плечо к держащему на коленках ведро с попкорном Чану и подумала, что ей подозрительно удобно, да и он, смотрящий на экран без отрыва, был не против. На сей раз их разделял только подлокотник. Грустный момент в мультфильме, и никто в зале не остался равнодушным. Джин заплакала, а Чан, услышав ее всхлипы, подал влажные салфетки и взял ее за руку, хотя у самого слезы на глазах наворачивались.
Так они и просидели до конца сеанса: ее голова на его плече, а рука — в его руке.
— Хёнджин бы плакал, как ребенок, если бы это посмотрел, — сказал Чан, когда они вышли из зала, зажмурившись от света. — Он такой сентиментальный.
— Да ты сам слезу пустил, я видела! — всё еще всхлипывая, ответила Джин, а потом, вспомнив о Хёнджине, спросила: — Кстати, как его пробы? Он прошел? Замечания его макияжу не делали? Я так старалась всё не испортить.
— Он не прошел, но не из-за макияжа… — ответил Чан, судорожно стараясь придумать, почему такого прекрасного принца, как Хёнджин, не взяли в модели. Как же сложно было ей врать… — Сказали, что парней такого типажа, как у него, у них достаточно, и отправили делать пластическую операцию.
— Ну и дураки! Они его не заслуживают! — махнула рукой разгорячившаяся Джин, не понимая, что себе позволяют эти выдуманные члены жюри. — Будет у него еще шанс, и я с удовольствием снова помогу.
— На тебя всегда можно положиться, — с улыбкой ответил Чан, стараясь выкинуть из головы то, что он в очередной раз ей соврал. — Ого, уже так поздно, — сказал он, посмотрев на время. — Меня парни ждут дома у Хана, будем слушать песни, которые записали. Но я отвезу тебя домой.
— Раз парни ждут, то лучше я доберусь на такси, — Джин было грустно об этом говорить, ей не хватило того времени, что они провели вместе, и хотелось продлить его всеми возможными способами, но парни — это святое, так что стоило бы вернуть им их хёна и не жаловаться. — Я обязательно напишу, когда доберусь.
Они шли к выходу очень близко друг к другу, почти держась за руки, как тогда, в кино, и обсуждали недосмотренный боевик и доведший их до слез мультфильм, а потом договорились встретиться снова и посмотреть что-нибудь хорошее. На улице приятно пахло мокрым асфальтом, но из-за прошедшего дождя стало холодно, и потому Чан накрыл плечи Джин своей кофтой.
Садилась она в такси, глядя на Чана без отрыва, комкая в руках его одежду, и не прекращала оборачиваться, пока он совсем не пропал из виду. Родители еще не вернулись, так что настроение портить было некому. Пустующая комната встретила хозяйку свежестью, идущей из открытого окна. Джин упала на кровать, не выпуская из рук кофту Чана, нежными касаниями погладила своего плюшевого кота, служащего ей время от времени подушкой, и сладко прошептала:
— Знаешь, чагги-я, почему я такая счастливая? — Джин мило рассмеялась, прокручивая в голове весь сегодняшний день. — Кажется, я влюбилась…