- И космы прибери. Ходишь, как пугало. Или не учили тебя?
- Нечем, - ответила Тая коротко, не оборачиваясь. Северянка старалась ее задеть, и у нее это прекрасно получалось. Так и подмывало ответить что-нибудь поядовитей, но пока наследнице Родобан удавалось держаться спокойно.
«Она мне не ровня, - мысленно успокаивала она себя. – Я же не стану ругать грязь за то, что она пристает к моим сандалиям?»
- Возьми, - снова произнесла Таус.
Следом что-то твердое ткнулось Тае в спину. Тут уже пришлось обернуться. Воображение рисовало палку, но на деле северянка протягивала простой деревянный гребень с частыми зубцами.
- Мой. Потом вернёшь, - покрываясь красными пятнами, зачастила Таус. – Подходи. Проси, когда надо. Пока своего не получишь.
Такого Тая не ожидала.
- Не боишься, что сломаю? – принимая гребень, спросила она.
Сказано было шуткой, но Таус это не понравилось. Северянка нахмурилась, а потом ответила с льдинкой в голосе.
- Сломаешь – отдашь два.
Тая пожала плечами.
- Мне взять неоткуда.
На Таус она больше не смотрела – повернулась к ней боком и принялась распутывать измочаленную косу. Можно было только гадать, кто заплел ей волосы, но теперь от его стараний почти ничего не осталось. Северянка не уходила, смотрела из-под нахмуренных бровей, как Тая пыталась усмирить грязные спутанные волосы ее гребешком.
- У Урса попросишь, он тебе даст, - произнесла Таус спустя несколько минут молчания. – Только не обессудь, если что возьмет взамен.
Тая фыркнула, на этот раз ей не удалось удержаться от колкостей.
- А тебе откуда знать? Сама просила, что ли?
Она не удивилась, если бы северянка потребовала назад свою вещицу, но этого не произошло. Плюнув под ноги, Таус отвернулась и пошла прочь, всем видом показывая, что у нее полно дел. И их, кроме нее, никто не сделает.
- Пусть идет себе, - бормотала Тая, нещадно выдирая гребнем непослушные волосы. Было больно и обидно, на глазах проступали слезы. Наверное, стоило попросить Таус о помощи – она бы не отказала, но теперь это стало невозможно. – Я сама всё могу.
Но собственные руки противились Тае. Чем дольше она расчесывалась, тем сильнее путала волосы. Терпение не входило в список ее добродетелей и потому быстро иссякло. Движения стали дерганными и уже на третьем гребень застрял и наотрез отказался покидать непослушную копну. Будь это чужие волосы, Тая в сердцах уже отрезала бы их по плечи, но на свои рука не поднималась. Конечно, тогда бы с ними не пришлось возиться, но женщина без волос, всё равно, что без чести. А последнее пока единственное, что у нее осталось.
Тая опустила руки, сжала кулаки. Не иначе, как северянка посмеялась над ней – подсунула испорченный гребень! Захотелось тут же вырвать его и забросить подальше. А еще лучше – в лизавший бока котелка огонь. Там этой дрянной вещице самое место!
Так бы и случилось, если бы рядом снова не появилась Таус.
- Ты еще возишься?! – не скрывая раздражения, прикрикнула она. – Рукосуйка! Себя обиходить, и то не умеешь!
Тая повернулась, чтобы ответить, но не успела и рта открыть, как руки северянки толчком вернули ее голову обратно. Также быстро Таус выпутала гребень из Таиных волос и принялась укрощать их с завидным успехом. Она еще бубнила что-то недовольно, но уже тише.
- У вас здесь все такие? – спрашивала, и тут же отвечала сама себе. – Если да – взять вас любое бревно сможет, у кого хоть немного руки из нужного места растут.
Таю распирало от обиды. Собственная беспомощность злила не хуже, чем слова северянки. И еще неизвестно, что казалось ей унизительнее: шпилька, пущенная в южан, или же то, что приходилось довольствоваться милостью этой самой Таус.
- Я – не все, - произнесла Тая угрюмо после минутного борения наговорить куда больше. – Можешь не беспокоиться, и на твоего фэста здесь найдут стрелу по размеру.