— Влезай на заднее сиденье, иначе нас потащат за автомобилем, — пробормотал Анахо.
Втроем они кое-как уселись, ухватившись за кольца, к которым были прикреплены их цепи. Так, с позором, друзья отъехали от дома. Черный лимузин Вудивера следовал за ними на расстоянии около пятидесяти ярдов. За рулем вырисовывалась огромная фигура.
— Он хочет, чтобы о его заслугах узнали Дирдиры и это повлияло на статус. Вудивер помог важной охоте и хочет занять определенное место в обществе, — объяснил дирдирмен.
— Я совершил ошибку, — хрипло сказал Рейш, — вел себя с Вудивером, как с человеком. Если бы поступил с ним, как со зверем, мы бы не попали в такое положение.
— Да, хуже трудно себе представить...
— Куда мы направляемся?
— В Стеклянный Короб, куда же еще?
— Нас даже не выслушают, не дадут возможность высказаться?
— Конечно нет, — резко ответил Анахо. — Ты полуживотное, а я отщепенец!
Белый автомобиль въехал на площадь и остановился. Из него вышли дирдирмены и застыли, вглядываясь в небо. К ним подошел полный немолодой мужчина в роскошном темно-коричневом одеянии: все в нем указывало на высокий статус и явное тщеславие.
Его волосы были искусно завиты, в них сверкали драгоценности. Он непринужденно обратился к дирдирменам. Те после минуты молчания ответили.
— Это Эрлиус, правитель Сивиша, — сообщил Анахо. — Он тоже хочет участвовать. Кажется, мы в высшей степени важные объекты охоты.
Вокруг белого автомобиля стали собираться жители Сивиша. Они образовали широкий круг, с любопытством рассматривая пленников и отступая всякий раз, когда дирдирмены бросали взгляды в их сторону.
Вудивер оставался в своем автомобиле, стоявшем на расстоянии около пятидесяти ярдов от толпы; он, видимо, тщательно обдумывал положение. Наконец дирдирмен вылез из автомобиля и сделал вид, что внимательно изучает какой-то свиток. Заметив толстяка, Эрлиус сразу отвернулся.
— Только посмотри на них, — прошептал Анахо. — Они страшно ненавидят друг друга: Вудивер насмехается над Эрлиусом, намекая, что у него нечистая кровь, а второй мечтает увидеть жирную жабу в Стеклянном Коробе.
— Что ж, я тоже не прочь полюбоваться таким зрелищем. Кстати, раз уж речь зашла о Коробе, кого мы ждем?
— Командиров «тсау'гша». Не волнуйся, ты очень скоро окажешься там!
Рейш дернул за цепь. Дирдирмены предостерегающе посмотрели в его сторону.
— Странно, — пробормотал он, — надо что-то сделать. А как же Дирдирские традиции? Что будет, если я произнесу «хс'аи, хс'аи, хс'аи» или как там это произносится... Потребую решения арбитра?
— «Др'сса, др'сса, др'сса»!
— Что случится после того, как я это скажу?
— Твое положение не изменится к лучшему, поверь мне. Арбитр объявит тебя виновным, и результат останется неизменным — Стеклянный Короб!
— А если я не соглашусь с его решением?
— Ты должен будешь драться и в конце концов погибнешь.
— Никого нельзя арестовать без обвинения?
— Теоретически да, — коротко бросил Анахо. — Традиция! Кого ты хочешь вызвать на суд? Вудивера? Из этого ничего хорошего не выйдет. Он тебя не обвинял, а только оказал помощь в нашей поимке.
— Ну, это мы еще посмотрим.
Траз указал на небо.
— А вот и Дирдиры.
Анахо стал рассматривать опускающийся корабль.
— «Шлем Тхиза». Если здесь замешаны Дирдиры из этого клана, то разбирательство будет очень быстрым: они могут даже объявить, что никто, кроме них, не имеет права охотиться на преступников.
При этих словах Траз крепко сжал свои оковы. Охваченный гневом, юноша процедил что-то сквозь зубы, повернулся и стал наблюдать за летательным аппаратом. Толпа подалась назад, расступясь перед величественным кораблем. Он приземлился за пятьдесят футов от белого автомобиля. Показались пятеро Дирдиров: Великолепный и четыре создания более низкой касты.