Дирдиры уделили ему лишь несколько секунд внимания. Вудивер, ничего другого и не ожидавший, поклонился, театрально растопырил руки и отошел в сторону.
К пленникам подошел Безупречный и отстегнул цепи от колец. Адам ухватился за освободившуюся цепь. Безупречный сурово взглянул на него; искусственные отростки обрамляли его бледное лицо. Рейш шагнул вперед, его сердце учащенно забилось. С большим трудом он поборол желание побежать, медленно подошел к Дирдирам, остановившись в шести футах от этих существ; он был так близко, что чувствовал странный резкий запах, исходящий от них. Дирдиры смотрели на него без всякого интереса.
Рейш громко произнес:
— Др'ссаг др'сса, др'сса.
Дирдиры зашевелились, удивленно повернули головы.
— Др'сса, др'сса, др'сса! — снова прокричал он.
Дирдир-Великолепный заговорил гнусавым, похожим на звуки гобоя, голосом:
— Почему ты воззвал «др'сса»? Ты полуживотное и не можешь...
— Я человек! Поэтому я прокричал «др'сса».
Вперед выскочил Вудивер и, размахивая руками, презрительно крикнул:
— Да он просто сумасшедший!
Дирдиры, казалось, застыли в растерянности.
Рейш обратился к ним:
— Кто меня обвиняет? В каком преступлении? Я хочу, чтобы он вышел вперед и объявил все открыто. Пусть дело решит арбитражный суд!
Великолепный произнес:
— Ты взываешь к священному обычаю, который сильнее презрения или отвращения. Поэтому тебе не отказывают в арбитраже. Кто обвиняет это полуживотное?
Заговорил Вудивер:
— Я обвиняю Адама Рейша в богохульстве, в том, что он ставит под сомнение основы доктрины Двойного Генезиса, ставит себя наравне с Дирдирами. Он заявляет, что дирдирмены не происходят от Второго Йолка, называет их расой мутантов-выродков. Он настаивает на том, что люди зародились на другой планете, а не на Сиболе. Это не согласуется с ортодоксальной доктриной и является ересью. От него исходит зло, он лжец и провокатор! — Перечисляя грехи Рейша, Вудивер постукивал своим толстым указательным пальцем. — Вот мои обвинения! — закончил Вудивер. Он улыбнулся Дирдирам, словно закадычным друзьям, повернулся и закричал толпе: — Отойдите! Не собирайтесь так близко от высоких особ!
Дирдир прошепелявил, обращаясь к Рейшу:
— Ты отвергаешь это обвинение как ложное или нет?
Адам был в растерянности. Ему предстоял весьма непростой выбор. Не признать обвинение означало согласиться с дирдирменской ортодоксальной концепцией. Поэтому он осторожно произнес:
— По существу, меня обвиняют в неортодоксальных взглядах. Это преступление?
— Конечно, если арбитр объявит его таковым.
— А если эти взгляды отражают действительность?
— Тогда тебе придется призвать его самого к ответственности. Это может показаться странным в данных обстоятельствах, но такова традиция и нельзя поступать вопреки ей.
— Кто будет арбитром?
Белое и блестящее, словно полированная кость, лицо Великолепного не выражало никаких эмоций, его голос также звучал бесстрастно:
— В данном случае арбитром я назначаю вот этого Безупречного.
Тот вышел вперед и, подражая Дирдирам, прогнусавил:
— Я буду краток. Обычные формальности здесь неуместны. — Затем он обратился к Рейшу: — Ты отвергаешь обвинения?
— Я их не принимаю и не отвергаю; в них мало смысла.
— Мое мнение таково: твое заявление носит уклончивый характер. Это еще больше подтверждает твою вину. К тому же твое поведение непочтительно и невежливо. Ты виновен.
— Я отказываюсь принять это решение, — ответил Рейш. — Если вы только не заставите меня силой сделать это! Я призываю вас к ответу!
Безупречный с презрением и отвращением взглянул на Рейша.
— Ты обвиняешь меня, Безупречного?
— Видимо, это единственный способ доказать свою невиновность. Безупречный повернулся к Дирдиру-Великолепному.
— Обязан ли я в таком случае вызвать его на состязание?
— Да, обязан.
Безупречный смерил взглядом Рейша.
— Я прикончу тебя с помощью рук и зубов, как подобает истинному дирдирмену.
— Что ж, давайте. Но сначала снимите с моей шеи цепь.
— Снимите цепь! — скомандовал Великолепный.
Безупречный начал раздраженно протестовать:
— Какая вульгарность! Драться перед толпой каких-то полуживотных ниже моего достоинства!
— Не возражать! — приказал Великолепный. — Это я, Глава охотников, рискую потерять свой трофей. Начинайте поединок.
С шеи Рейша сняли цепь. Адам стал разминать свои мускулы, надеясь быстро восстановить силы. Он провисел всю ночь на вытянутых руках и ощущал себя разбитым. Дирдирмен сделал шаг вперед; Рейш сразу приготовился.