— Почему? — настаивал Анахо. — Это было бы полезным для всех.
— Факты известны тебе так же хорошо, как и мне, — заметил Рейш. — Сделай выводы сам.
— Какие факты? — забеспокоились часчмены. — Какие выводы?
— Все просто. Часчмены — рабы, да и дирдирмены тоже. Люди биологически отличны от этих рас, так же как от Ванкхов и Пнумов. Конечно же ваши предки не зародились на Тчаи. Выводы: людей привезли сюда как рабов много веков назад, похитив с их родной планеты.
Часчмены заворчали; Анахо молча изучал потолок. Люди из Перы, сидевшие за столиками, удивленно качали головами и вздыхали.
Чем дальше, тем горячее шли споры. Наступил вечер. Прислужники Часчей забились в угол и о чем-то оживленно беседовали: двое убеждали третьего.
На следующее утро все часчмены покинули Перу и направились в Дадиче на повозке Эмминка. Рейш смотрел, как они садятся на повозку, чувствуя себя очень неуверенно. Они, без сомнения, расскажут и о его действиях, и о странных еретических теориях. Синие Часчи вряд ли оставят все это без внимания. Положение усложняется. Это может обернуться очень плохо. Может быть, бросить все и бежать в степь? Но эта перспектива пока его не привлекала.
Днем Рейш наблюдал за тем, как тренируются первые добровольцы городского ополчения: шесть взводов по пятьдесят человек каждый, вооруженные разными видами оружия — катапультами, саблями, короткими кинжалами, одетые пестро и разнообразно: в шаровары, халаты, бурнусы, жакеты и короткие юбки, рваные лохмотья и шкуры. У многих были бороды, другие скрутили длинные волосы на макушке в пучок, у некоторых на плечи свисали растрепанные космы. Печальное зрелище! Адам с отчаянием наблюдал за тем, как они скользили и спотыкались, неуверенные в себе, неуклюжие, кое-как выполняя, команды. Шесть командиров, тоже не проявлявшие особого энтузиазма, потели и ругались, к месту и не к месту отдавали приказы. Баоян, командовавший всем ополчением, раздраженно кричал.
Наконец Рейш отозвал двух командиров, выбрал новых. Взобравшись на повозку, он обратился к собравшимся:
— Все это никуда не годится! Разве вы не понимаете, зачем вы здесь? Вы должны научиться защищать себя! — Он оглядывал одно за другим мрачные лица, потом указал пальцем на одного из горожан, который что-то бормотал себе под нос. — Ты! Что ты там бормочешь? Говори!
— Я сказал, что вся эта маршировка — одна дурость. Мы только зря тратим силы. Какая от этого польза?
— А вот какая: вы учитесь быстро и решительно выполнять приказы. Двадцать человек, сплоченных в отряд, сильнее сотни разрозненных воинов. В сражении командир намечает, как действовать, а бойцы выполняют его распоряжения. Без дисциплины все планы будут бесполезны, все сражения проиграны. Теперь понятно?
— Ха! Как могут люди выиграть бой? У Синих Часчей есть электрические ружья и сабли, боевые воздушные корабли. У нас — только песчаные пушки. Часчи непобедимы, они раздавят нас, как муравьев. Легче прятаться среди руин. Так мы всегда жили в Пере.
— Но сейчас многое изменилось, — возразил Рейш. — Если не хотите сражаться как настоящие мужчины, наденьте женскую одежду и выполняйте женскую работу. Выбирайте. — Он замолчал, ожидая ответа, но ворчун только переминался с ноги на ногу, опустив голову.
Сойдя с повозки, Адам стал распоряжаться. Нескольких человек он послал в крепость принести тюки ткани и кожи. Другие принесли ножницы и бритвы; все бойцы, невзирая на протесты, были пострижены и выбриты. Горожанки собрались в одном из домов и стали кроить и шить форму: длинные жакеты без рукавов из белой ткани с черным зигзагом «молнии», нашитым на груди. Командиры получили черные погоны, у их «мундиров» были короткие рукава из красного материала.
На следующий день отряды маршировали уже в новой форме. На этот раз люди казались гораздо более собранными и проявляли больше энтузиазма.
На третий день после отъезда трех часчменов случилось то, что ожидал Рейш. Большой летательный аппарат, шестидесяти футов в длину и тридцать в ширину, поплыл над степью к Пере. Он сделал круг над городом и опустился на площади, напротив постоялого двора «Мертвая степь». Дюжина коренастых часчменов в серых шароварах и пурпурных жакетах спрыгнули на землю и замерли, держа руки на пистолетах. Шестеро Синих Часчей стояли на палубе, оглядывая площадь из-под нависших лбов. Казалось, они были особами высокого ранга; на них были обтягивающие костюмы из филигранного серебра, высокие серебряные шлемы и серебряные налокотники и наколенники.
Синие Часчи что-то коротко приказали своим слугам. Двое из них подошли к дверям постоялого двора и обратились к хозяину: