Мои плечи напряглись, пока я ждала, что он толкнет парня, ударит его, дернет за волосы, сделает что-то жестокое, но он не сделал.
Он казался расслабленным.
Счастливым.
Во дворе были и другие дети, которых я не узнавала — я знала только Сейморов, — и все они, казалось, хорошо проводили время. Легкие улыбки и искренний, счастливый смех вспыхивали и переливались по двору.
Я подумала, что, должно быть, смотрю в альтернативную вселенную — ту, где Сейморы не вечно угрюмы и враждебны. Ту, где они на самом деле счастливы и человечны.
Я оставалась там, пока мистер Сеймор — рыжеволосый мужчина среднего роста с мощным торсом, телосложение, которое я всегда ассоциировала с папами, хотя мой собственный был спортивным и высоким, — не вышел на задний двор с подносом, полным, как я предположила, сырого мяса.
Он открыл длинный гриль, выпустив в воздух клуб дыма, и сказал что-то, что заставило Руди рассмеяться.
Я никогда раньше не слышала, как смеется Руди. Я не знала, почему это скрутило меня изнутри, и уж точно не была уверена, что хочу это выяснять.
ГЛАВА 12
— Мы слишком давно не делали маникюр вместе, а посмотрите! Мы все подходим друг другу! Очень жаль, что ты не смогла прийти, Кеннеди, тебе явно не помешал бы маникюр. — Джулианна схватила мою руку и нахмурилась, критически разглядывая мои заусенцы. — Боже мой, Кеннеди, это что, заноза?
Я пожала плечами.
— Наверное. Вчера я недолго разговаривала с отцом… — или вообще не разговаривала, — …так что немного побродила по окрестностям.
— Где ты была? — спросила Джоан, которая всегда была более склонна выбираться на природу со мной и Китти Мэй, чем две другие.
— Возле водохранилища, — сказала я не подумав.
Глаза Джулианны расширились.
— Со стороны Сейморов?
Я недовольно перекинула рюкзак на спине.
— Полагаю, да.
— У-у-у… Не застала ли ты их за сдиранием кожи с кого-нибудь заживо? — спросила Мэйси с уродливой усмешкой.
— Или швырянием собственного дерьма? — ухмыльнулась Джулианна.
— Ты за ними подглядывала? Бьюсь об заклад, они все были под кайфом. — Джоан поморщилась при этой мысли. До старшей школы она училась в строгой католической школе, и такие вещи, как алкоголь и марихуана, все еще были для нее табу.
— Ну, они просто бездельничали. Жарили шашлыки и все такое, — нейтрально сказала я.
— Наверное, поджаривали свою последнюю девушку. — Джулианна фыркнула. — Или кошку. Они так и не поняли, что значит «есть киску».
— Говоришь так, словно знаешь, — сказала я, приподняв бровь.
Джулианна с притворным возмущением ахнула.
— Кеннеди, серьезно! Ты же знаешь, я не увлекаюсь скотом.
— Скотом? А несколько дней назад они были обезьянами? — сказала я поверх смеха других девушек.
Мы повернули за угол в коридоре и чуть не врезались в четверых Сейморов. Они стояли не шелохнувшись, молча бросая нам вызов столкнуться с ними. Джулианна, будучи собой, сделала вид, что не заметила их, и обошла, словно они были всего лишь выступом стены.
— Мистеру Сеймору все равно, откуда брать свой зверинец, — сказала Джулианна, когда мы прошли мимо. — Цирк, хлев, мусорный бак… без разницы.
Я закатила глаза.
— Мусорный бак? Серьезно?
Она ухмыльнулась мне, и в ее в остальном невинных глазах блеснула темная искорка.
— Конечно! Их собственные родители знали, что они мусор, и выбросили их. Мистер Сеймор — это облагороженный сборщик мусора.
Я оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что мы вне зоны слышимости. Мы определенно были не вне.
Мне с опозданием пришло в голову, что у Руди и Брэдли сегодня был тот же второй урок, что и у нас. Я повернулась обратно и сглотнула. Их лица были бесстрастны, совершенно лишены эмоций. Раньше я думала, что они всегда так выглядят. Теперь я знала лучше, и от этого их пустые выражения становились еще более пугающими на контрасте.
Брэдли и Руди могли бы растоптать меня в землю своими ковбойскими сапогами, если бы захотели, — и волосы на моей шее были практически уверены, что они хотят.
Я нахмурилась на себя, понимая, что не совсем справедлива. Джулианна только что сказала довольно мерзкие вещи; разве я бы не разозлилась, если бы она сказала нечто подобное обо мне?
Я была уверена, что Джулианна ошибается насчет них. Я не могла быть на сто процентов уверена, но подозревала, что все, что я видела, как они делают, и слышала, как они говорят, было реакцией. Я даже не понимала, почему Джулианна так настойчиво стремится быть жестокой по отношению к ним и пытается заставить людей их бояться. Она знала так же хорошо, как и я, что они не имеют никакого отношения к ситуации с Китти Мэй, а Сабрина Фишер и вовсе была до их времени.