— Скажу мистеру Боузу, что хулиганы сожрали мое домашнее задание. Жаль, конечно, если ты смоешь мои тампоны. Придется просить школу установить автоматы с тампонами в каждом туалете. В ка-а-ждом.
Лицо Гэри скривилось от отвращения, и он бросил мою сумку на пол. Я ворвалась в их круг и подхватила ее, внутренне сжавшись в ожидании пинков, но они меня не тронули.
— А в этих тоже тампоны? — пискнул Крис, и в его голосе слышалась паника.
— А у женщин бывают месячные? — ответила я вопросом на вопрос.
Та часть его, что все еще оставалась ребенком, заставила его выронить остальные сумки. Честно говоря, я почти оставила их там, но Брэдли поднял их и сунул мне.
— Тебе повезло, — сказал он, не глядя на меня. — Передай тем своим, чтобы заткнули свои невежественные рты, иначе в следующий раз удача может от тебя отвернуться.
Мне захотелось сказать ему — всем им, — что в том, что вытворяют Джулианна и остальные, я больше не участвую. Но я не могла сказать этого с уверенностью, поскольку сама до конца не понимала, что происходит, кроме того, что Джулианна, похоже, была главной заводилой. Ну, еще Крис, который ненавидел меня по умолчанию.
Так что я ничего не сказала.
Я вышла из туалета как раз под последний звонок и встретила девочек у выхода.
По щекам Джоан текли черные следы от туши. Джулианна выглядела взбешенной. Мэйси, как обычно, казалась скучающей.
Я протянула им клубок из ремней сумок, и каждая взяла свою.
— Они сухие? — уточнила Джоан, прежде чем коснуться своей.
— Да. До унитаза они не добрались.
— Слава богу, — Джоан прижала сумку к груди. — Мне так не хотелось переписывать это дурацкое эссе.
— Ты его не сохранила? — недоверчиво спросила Джулианна.
Джоан пожала плечами, и ее испачканное лицо залилось краской. — Я не сохраняю домашку. Время от времени мама решает проявить интерес к моему образованию, перетряхивает мои вещи и начинает все «исправлять». Было бы терпимо, если бы она не исправляла правильно на неправильно.
Снова прозвенел звонок, и мы поспешили на урок. Парни все еще не вышли из туалета, да и из моей головы они тоже не вышли.
Мне было интересно, о чем они спорили. До моего появления в туалете громче всех был слышен голос Руди, но он резко замолчал и не проронил ни слова с той секунды, как я переступила порог.
Заходя с Джоан на историю, я изо всех сил постаралась выкинуть их из головы. Ненадолго, конечно. У Мэйси и Джулианны в этот период были другие занятия, но Руди был с нами в классе. Пять минут прошло, а он так и не появился.
Десять минут — его все еще не было. И вот, без четверти, когда я уже готова была совершить необдуманный поступок и пойти его искать, он вошел.
Я опустила голову и уставилась в учебник, сосредоточившись… сосредоточившись на чем угодно, только не на нем.
— Для торжества зла необходимо лишь одно — чтобы хорошие люди ничего не предпринимали, — произнесла мисс Хилл с места учителя.
Я вздрогнула. Она смотрела прямо на меня — сколько она знает?
Зачем выставлять меня на посмешище перед всем классом? Ее взгляд скользнул мимо меня, окидывая комнату, и силой одного лишь взгляда воцарила тишину.
— Кто-нибудь может сказать, чьи это слова? — спросила она.
— Джона Ф. Кеннеди, — кто-то сказал с задней парты.
— Ах, он процитировал эту фразу, но кого именно он цитировал? — Она бросила нам вызов своей улыбкой. Обычно я не упускаю случая принять вызов, но содержание цитаты отвлекло меня.
— Томас Мерсер, — предложил кто-то другой.
Мисс Хилл покачала головой, явно довольная.
— Нет, но вы ближе. Это было сказано в письме к Томасу Мерсеру.
— О! Джон Стюарт Милль! — выкрикнула Джоан.
Она ухмыльнулась мне, озорно подняв бровь, и показала из-под парты телефон. На экране была статья о происхождении цитаты.
Брови мисс Хилл поползли к волосам.
— У Милля было нечто похожее, но только в конце 1800-х. А эта цитата, вероятно, на сто лет старше. Так кого же он перефразировал? Откуда взялась эта фраза? Вот вопросы, которые историки должны задавать себе, сталкиваясь с обрывком прошлого. Слишком легко исказить историю неверными атрибуциями.
Она пустилась в лекцию о ценности критического мышления и углубилась в источники, когда Руди нетерпеливо поднял руку. Она резко остановилась и бросила на него раздраженный взгляд.
— Да, мистер Сеймор?
— Так кто же это был? Кто первоисточник?
Ее хмурое выражение лица сменилось сияющей улыбкой.
— Отличный вопрос! Насколько нам известно, эта фраза впервые появилась у сэра Эдмунда Бёрка.