Никогда не представляла, что духам нужна разминка перед выступлением, но я не особо духовный человек. Дело в том, что это была стихия Джулианны, а не моя.
Плюс, кто я такая, чтобы оспаривать ведьму?
Джулианна глубоко вдохнула через нос, затем произнесла мощным голосом, который был не громче шепота, но, казалось, пронесся через всю хижину.
— Духи, — сказала она. — Назовите мне имя лагеря, из которого мы к вам обращаемся.
Указатель задрожал под нашими пальцами, и мое сердце вопреки мне екнуло. Медленно, очень медленно, указатель двигался от буквы к букве. В-И-Т-И-П-О.
— Дерьмо, — выдохнул Ренард.
— Следи за языком в присутствии духов, — шелковисто сказала Джулианна. — Многие из них умерли задолго до рождения твоих родителей и придерживаются старомодных взглядов на подобные вещи.
Стью заметно побледнел, и Джоан утешительно прижалась к его плечу. Однако это не возымело ожидаемого эффекта, поскольку его лицо залилось ярким румянцем, а глаза расширились насколько позволяла их миндалевидная форма.
— Духи, какого цвета яблоко? — выпалил он, звуча испуганно.
К-Р-А-С-Н-О-Е, вывела доска.
Но на этом она не остановилась.
В гробовой тишине мы наблюдали, как указатель продолжает двигаться. От З к Е к Л-Е-Н-О-Е-Ж-Е-Л-Т-О-Е.
Джулианна бросила на него раздраженный взгляд.
— Серьезно?
Он несчастно пожал плечами.
— Духи, — с усмешкой сказал Адам. — Что девочки ели на ужин?
Н-И-Ч-
— Перестань двигать указатель, Адам, — резко сказала Мэйси. Она сидела рядом с ним, так что, наверное, ей было виднее. Он ухмыльнулся ей, потом пожал плечами.
— Ладно, не буду. Духи, что подавали на ужин в столовой?
М-Я-С-Н-О-Й-Х-Л-Е-Б.
— Странно, — с содроганием сказала Джоан.
— Мясной хлеб или ответ? — спросила я.
Мэйси усмехнулась вместе со мной. Джулианне было не до смеха.
— Духи, — сказал Ренард. — Где в этом году проводятся Олимпийские игры?
Б-Е-Р-Л-И-Н.
— Берлин, — вслух прочитала Джоан. — Это правильно?
— Да, — сказал Адам, закатывая глаза.
— Ну, а откуда мне знать?
Б-У-Д-Ь-В-К-У-Р-С-Е, — сказала доска Уиджа. Джоан взвизгнула от ужаса, отдернула руки от указателя и отпрянула, словно ее оттолкнули. Прижав руку к груди, она пыталась вобрать в себя успокаивающий воздух, но каждый вдох был прерывистым, сопровождаясь таким же дрожащим выдохом.
Джулианна улыбнулась.
— Она готова, — прошептала она и кивнула Джоан, которая неохотно вернулась на свое место в кругу.
— Духи — братья Сеймор причастны к исчезновению Китти Мэй? — спросила она, сразу переходя к главному.
Маленький указатель на мгновение задрожал под нашими пальцами, затем так резко рванулся к слову ДА в верхней части доски, что мы все отпрянули, отдернув пальцы от этой проклятой штуки.
Джулианна, не менее напуганная, чем все мы, захлопнула крышку и заперла ее на замок. Ее руки дрожали, когда она убирала доску обратно в бархатный мешок, затягивая его так туго, что ее костяшки побелели, как мел, с каждым узлом.
— Вот, — сказала она, и ее голос дрожал. — Теперь мы знаем.
— Они убили ее, — оцепенев, сказала Джоан. — Они убили всю ее семью.
Мэйси вскочила и щелкнула выключателем, залив комнату желтым светом.
— Фу, — сказала она, содрогаясь с ног до головы. — Не говори так, Джоан. Она не сказала, что они убили ее и ее семью, она лишь сказала, что они причастны к их исчезновению.
Джоан обхватила колени руками и уперлась в них подбородком.
— Что еще это может означать? — риторически спросила она. — Китти Мэй нет, ее дом пуст — и братья Сеймор за это в ответе. Кроме того, ты слышала Джулианну. Они уже раз избежали наказания за убийство.
— Во второй раз им это не сойдет с рук, — мрачно сказала Джулианна. Ее губы, обычно красные, полные и блестящие, были сжаты в тонкую, яростную линию. — Мы устроим им ад за содеянное.
Ренард хлопнул ладонями по ушам.
— Правдоподобное отрицание, правдоподобное отрицание, — затвердил он.
Отец Ренарда был адвокатом, на случай, если вы не догадались.
Джулианна закатила глаза.
— О, заткнись, Ренард. Если ты не хотел знать, тебе не нужно было приходить.
Он вызывающе поднял подбородок и убрал руки от ушей.
— Я просто хотел узнать, правда ли у тебя доска Уиджа Бабушки Бёрд. Не могу поверить, что она разрешила тебе привезти ее в лагерь, ты знаешь, сколько она стоит?
Джулианна пожала плечами.
— «Разрешила» — это громко сказано, — уклончиво ответила она. — Я одолжила ее, потому что она сейчас берет перерыв. Она ей не понадобится до тех пор, пока мы завтра не вернемся домой.