— Она пришла к Брэдли с жвачкой в волосах и чернильными пятнами на юбке и велела ему обуздать своих приемных братьев. Он улыбнулся ей и ничего не сказал, и она решила, что он сделает, как она сказала. Он вроде бы и сделал, только не так, как она хотела, я полагаю.
Я фыркнула.
— Он скоординировал их усилия, да?
Она кивнула.
— Направил их в одном направлении. Следующее, что узнает Джулианна, — ее шкафчик забит паутиной — с живыми пауками — на ботинках зеленая краска, на спине таблички, и всякое такое. Мне пришлось помогать ей, они сделали из нее мишень.
— Полагаю, Мэйси почувствовала то же самое?
— Мэйси появилась только в восьмом классе. К тому времени мы с Джулианной и Китти Мэй были уже по уши вовлечены в эту историю с Сейморами. Крис к тому времени уже был тут, и он возненавидел Джулианну с первого взгляда, еще до того, как она что-то ему сделала. В первый же день восьмого класса он приклеил ее к скамейке в столовой. Ей пришлось разрезать юбку, это было унизительно.
Я поморщилась.
— Жестко.
— Верно, да? А потом он принялся и за Мэйси. Выплеснул красную краску на ее новое белое платье после уроков. Ее мама приехала забирать ее, и ей пришлось брать брезент у дворника, чтобы постелить на сиденья и не запачкать новую белую кожу. Мэйси была в ужасе. На следующий день она нашла Джулианну и всех нас и сказала, что если мы не планируем ответку, то самое время начать.
Выходит, Крис действительно вывел травлю на новый уровень, но начала этот процесс Джулианна годы назад. Эскалация с обеих сторон затуманивала картину, но одна вещь выделялась для меня, несмотря ни на что: Джулианна по-прежнему возлагала вину на всех Сейморов в целом за смерть дочери своей горничной, случившуюся за годы до того, как они вообще появились в доме Сейморов.
Этого могло бы хватить, чтобы я определилась, но нет. Я слишком ясно видела, как горе и гнев могут выйти из-под контроля, как они уже вышли из-под контроля. Каждый раз, когда Брэдли отстаивал свою точку зрения, ее гнев должен был расти. Каждый раз, когда он давал отпор, это давало ее ярости еще немного оправдания. Я не говорю, что это было справедливо — но я могла это понять, хотя мне и не хотелось.
С моей точки зрения, никто не был абсолютно неправ, и никто не был абсолютно прав. Я хотела быть на правильной стороне в этом конфликте, но не видела ни одной — или единственной. Возможность понять боль Джулианны и уверенность Брэдли нисколько не проясняла ситуацию.
— А как впутался Руди? Я имею в виду, помимо того, что он Сеймор. — Я старалась, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. Джулианна уже подозревала, что он мне нравится. Я не хотела давать Джоан лишних козырей. Конечно, мы разговаривали без Джулианны, но я не была настолько глупа, чтобы думать, что она не перескажет ей наш разговор. Не в смысле ябедничества, конечно. Но если бы ей пришлось спасать свою собственную шкуру, то да, она бы, может, и поколебалась, но в итоге все равно сдала бы меня с потрохами.
— Это, на самом деле, даже забавно, — сказала Джоан, задумчиво поворачивая висящий папоротник то так, то эдак. — Он был очень тихим, когда только начал ходить в школу. Он не вмешивался, когда у его братьев были неприятности. Не знаю, в чем там была его история — в один день его вообще не было, на следующий он уже Сеймор — но он, похоже, не стремился признавать их своей семьей. По крайней мере, не так, как остальные быстро сдружились друг с другом.
Я нахмурилась.
— Как думаешь, что его изменило? — спросила я, потому что сейчас Руди яростно стоял горой за своих братьев.
— Джулианна, — с сожалением сказала Джоан. — Думаю, она до сих пор сожалеет об этом, честно говоря, потому что это втянуло Руди в конфликт и усилило их ряды. Иногда она говорит об этом, знаешь, как о войне? Настоящей войне, не школьной. Короче, она только что узнала, что настоящий отец Гэри — неонацист, и начала дразнить его тем, что ему приходится жить с полукровкой-латиносом, вроде Руди.
У меня отвисла челюсть.
— Она что сказала?
Джоан нервно улыбнулась.
— Как я сказала, она сожалеет. Она думала, что это стравит их друг с другом, но вышло наоборот. Гэри заступился за Руди. Он чуть не надрал ей задницу, но Брэдли вмешался. Это было даже не в школе, кажется… нет, не могло быть, потому что Гэри на класс или два младше нас. — Она потерла виски, словно разминая память. — Должно быть, в парке. Руди там не было, но, думаю, он позже услышал об этом, потому что на следующий день пришел в школу и набил шкафчик Джулианны фасолью.
Я фыркнула и безуспешно попыталась сдержать смех. Джоан тоже ухмыльнулась, ее глаза блеснули озорно.