Может, это как-то связано с доской Уиджа?
— Ты уверена, что твоя бабушка не расстроится из-за доски Уиджа? — тихо спросила я. Произнося эти слова, я поняла, что нет, дело не в этом — это было близко, я чувствовала, но не это было причиной моего скверного самочувствия.
— Честно, она даже не узнает, что ее не было. Я верну ее задолго до того, как она соберется ею пользоваться. Ее сейчас даже нет дома. Она использует свое отпускное время, чтобы развлекаться в Тихуане и соблазнять мужчин вдвое моложе себя или еще младше. Она и не хватится, обещаю. — Внимание Джулианны рассеялось, пока она говорила, ее глаза незаметно скользили по людям вокруг нас.
— Ищешь кого-то конкретного? — спросила я.
Она покачала головой.
— Каталогизирую, — сказала Джулианна. — Следующий год важен. Многие из этих людей проведут свой академ отпуск в Европе, у некоторых уже готовы места в компаниях родителей, а некоторые отправляются прямиком в Лигу Плюща. Я еще не решила, чем буду заниматься, так что собираю понемногу всего.
Я подняла брови.
— Собираешь, говоришь? Тебе надо поработать над тем, чтобы не звучать как злодейка из комиксов, когда говоришь о людях.
Она ухмыльнулась.
— О, так это же только ты, — сказала она таким тоном, что мне не стало легче. — Связи — вот что я собираю, а не мужчин. Я не мама Джоан.
— Разве нет? — с притворным удивлением произнесла Джоан, подходя к Джулианне сзади с подносом.
Я могла бы предупредить Джулианну, что Джоан идет, но откуда мне было знать, что та собирается быть стервой?
Джулианна сузила на меня глаза.
Я погрузилась в свой завтрак. На вкус он был как картон, хотя пах чудесно, что меня раздражало. Если уж я потребляла калории, было логично получить от этого удовольствие.
Джулианна фыркнула.
— Ну, это правда, — сказала она защищающимся тоном. — Сколько у твоей мамы бойфрендов?
— На данный момент ни одного, — сказала Джоан. Ее голос был твердым, но глаза выдавали неуверенность. — У нее не было побочных парней с тех пор, как она вышла за Дэвида.
— Ага, — усмехнулась Джулианна, явно не веря ей. — Но бьюсь об заклад, она никогда не платит за починку машины. Или за стрижку газона. Или за чистку бассейна. Или за сантехника…
Я наколола липкий кусок вафли с тарелки Джулианны своим вилкой и запихнула ей в открытый рот.
— Ешь свои запретные калории, — равнодушно сказала я. — Или нам поговорить о твоей матери?
Джулианна ненадолго сверкнула глазами, но была смягчена сахаром и настоящим маслом.
Джоан бросила на меня благодарный взгляд и принялась за свой завтрак.
Я знала, что позже заплачу за это, но мелочная месть Джулианны была не тем, с чем я не могла бы справиться. Она в основном считала меня своей, так что все, что она сделает в отместку, будет не так уж страшно.
К тому же, иметь дело с Джулианной было похоже на общение с одичавшей собакой. Время от времени приходилось доказывать, что ты так же хищен, как и она, иначе она сожрет тебя заживо.
— Боже мой, я думала, никогда не пройду эту очередь, — сказала Мэйси, плюхаясь рядом со мной.
На ее подносе были йогурт и фрукты, и никакой сладости, увенчивавшей почти все остальные тарелки. Она удивленно подняла бровь, глядя на наши загруженные подносы, но ничего не сказала.
Бледная кожа Джулианны слегка покраснела вокруг челюсти.
Я могла бы указать Джулианне на пятно сиропа, прилипшее к воротнику Мэйси, — явный признак того, что она предавалась обжорству в другой части зала, прежде чем подойти сюда, чтобы выставить напоказ свое мнимое самообладание перед Джулианной, — но я отчасти чувствовала, что Джулианна заслужила быть пристыженной после ее слов о матери Джоан.
К тому же, единственные, кого волновали подсчеты калорий Мэйси и Джулианны, были они сами. Они соревновались в диетах столько, сколько я их знала, и, вероятно, гораздо дольше. Это, наверное, давало результаты — обе были модно худыми и выглядели достойно Инстаграма в бикини, — но их пищевые привычки почти не имели отношения к здоровью или красоте, а все — к тому, чтобы превзойти другую.
Джоан прервала безмолвное осуждение, потянувшись через стол за кувшином с сиропом, стоявшим между двумя блондинками.
— Тем больше для меня, — сказала она с пренебрежительным взглядом на поднос Мэйси. — Нет лучшего способа попрощаться с летом, чем сахарная эйфория и четыре часа укачивания в машине.
Я поймала ее взгляд через стол, и мы обменялись тайной улыбкой.
Джоан нравилась мне больше, чем Мэйси или Джулианна, хотя Джулианна была первым человеком, заговорившим со мной, когда я переехала в Старлайн в начале второго курса.