— Du hast gerne doch unter mir gestöhnt...
«Тебе ведь понравилось стонать подо мной...»
Я не знала куда себя деть. Ведь с одной стороны я «не знала» немецкого, а с другой – было стыдно перед Памелой и Элмером. А вдруг они знают немецкий?..
Но стоило взглянуть на их недоуменные лица и мне полегчало – они ни слова не поняли. Но облегчение быстро сменил гнев.
«Что он творит?! Одно дело говорить мне непристойности, когда мы одни, и другое – при других! Я же со стыда сгорю, пусть они ничего и не понимают!..»
— Es hat auch mir sehr dir fingern gefallen...
«Мне тоже очень понравилось доставлять тебе удовольствие пальцами...»
— Кофе, чай? — подскочила я из кресла. Все доели жаркое, а мне как раз нужно было сбежать отсюда хотя бы на пару минут. — Пирожные?
Выслушав, что Элмер желает кофе, а Памела – чёрного чая, и они оба не отказались бы от пирожных, я не стала дожидаться, что попросит Сильвестр, и ушла на кухню. Хотя, он, наверное, и не собирался ничего пить.
«Идиот! Извращенец!» — костерила мужчину мысленно, пока делала кофе и чай.
Злость во мне просто бурлила. Вот зачем, зачем он это делает, если уверен, что никто кроме него не знает немецкий? Извращенец, как есть.
Отнеся в гостиную поднос с двумя чашками и тарелкой пирожных, я, борясь с желанием куда-то сбежать, всё-таки присела обратно в кресло. Делая вид, что мне очень интересна беседа Памелы и Элмера, демонстративно не смотрела на Сильвестра, что меня взглядом просто прожигал.
— Sag mir, ist dein Höschen schon nass?..
«Скажи, твои трусики уже намокли?..»
Это стало последней каплей.
— Halt die Klappe, Silvester! — не выдержала я и гневно ответила без малейшего акцента. — Genug! Sag keine Anstößigkeiten!
«Заткнись, Сильвестр! Хватит говорить непристойности!»
В гостиной повисла тишина. Элмер и Памела выглядели очень обескураженными и недоуменно таращились на меня, а вот Сильвестр... В его темных глазах полыхало такое пламя из злости и ярости, что мне казалось, его хватит испепелить меня.
— Вот как, значит, мы запели... — медленно поднялся он из кресла, не сводя с меня взгляда.
Тут Памела и Элмер, пробормотав что-то типа «Нам уже пора», осторожно смылись, выскочив из дома. И мы с Сильвестром остались один на один.
Я вскочила и зашла за диван, с дрожью смотря на него.
— Знаешь немецкий? — нарочито спокойно спросил мужчина, но я-то видела, как зло раздуваются крылья его носа и как он тяжело дышит.
— Естественно, я – немка! — фыркнула, уже не видя смысла скрывать.
Сильвестр двинулся в мою сторону, я же пошла в противоположную. Мы закружили вокруг дивана и кресел.
— То есть ты с самого начала всё понимала и знала!.. — прищурился мужчина. — А я, дурак, начал только вчера догадываться...
Я удивлённо вскинула брови. Где прокололась?
— «Будешь умолять меня...» Эту фразу я говорил только на немецком, — пояснил он и я раздосадованно поморщилась. — Если ты всё понимала, почему молчала?
— Потому что так можно узнать много чего интересного! А ещё потому, что... Что сильно боялась тебя...
— Почему? — Сильвестр замер, мрачно смотря на меня.
— Ты что, не понимаешь? — остановилась и я. — Ты казался мне маньяком, готовым в любую секунду меня изнасиловать! Да и сейчас...
— Что – сейчас? — прищурился он.
— Сейчас ты не сильно изменился! — решила уже откровенно говорить до конца. — Ты ведь просто хочешь меня трахнуть! Все твои поступки, действия... Всё только ради этого! Даже какую-то чушь про пару зверя приплел!..
Да, именно так в глубине души я и думала, и теперь этот страх выплеснулся в такие «нелестные» слова.
— Это не чушь, Теа! — зарычал мужчина, вцепившись в спинку дивана. Мне показалось, что ему... больно? — Это правда! И я не хочу тебя просто трахнуть! Было бы так – давным давно просто отымел бы да и всё! И надо бы это сделать, а то крутишь носом, а мне крышу сносит! Так ведь будешь меня ненавидеть! А если я тебя не трахну, точно кому-то глотку перегрызу!..
Он с силой ударил по дивану. Кинул на испуганную этим меня взгляд, рыкнул и выскочил из дома. А я... Я упала в кресло и уставилась в пустоту, совершенно ошарашенная и разбитая тирадой Сильвестра.
Глава 23. Причем здесь бабушка
Несколько дней прошли в суматохе. Я в спешке доделывала заказ, ведь срок уже подходил к концу. И пока руки резво работали, мозг размышлял. И доразмышлялся до того, что мне стоило извиниться перед Сильвестром. Он, конечно, тоже дурак, но видно же, что я ему нравлюсь и что он на пределе, а мои слова и поступки... В общем, было немного стыдно.