Взглянула на Сильвестра, увлеченно жующего кекс, и внутри разлилось тепло. Я была готова выйти за него замуж и переехать к нему хоть завтра. Мне уже даже кондитерской не надо, лишь бы быть рядом с ним.
Ладно, кондитерская всё же нужна, да.
— Что? — спросил Сильвестр, проглотив кекс. — Почему ты так смотришь? Нравлюсь?
И он поиграл бровями.
Фыркнув, я оставила чашку, поудобнее устроилась на диване, подложив под себя ногу, и спросила:
— Вестр, а... — прикусила губу. — А кто у нас родится: обычные малыши или щеночки?
Мужчина подавился кофе. Участливо постучав ему по спине, я дождалась, когда он наконец откашляется и басовито засмеется:
— У нас родятся волчата, любимая! Сначала они будут как мама: маленькие и милые, но потом станут, как отец, большими и страшными.
— Да ну тебя! — улыбнулась, толкнув его в плечо.
Идиллию разрушил ворвавшийся в дом Элмер. Мужчина тяжело дышал и был очень встревожен.
— Вет, там... Идём!
Идти пришлось долго, хотя мы почти что бежали, подгоняемые Элмером. Покинув посёлок, мы углубились в лес и я наконец поняла, куда мы шли: к тому месту, где были похоронены Аарон и Майлз.
Под деревом стоял мрачный оборотень, кажется, Глэд – тот мужчина, что напугал меня в ту ночь на месте убийства Аарона.
— Так что случилось? — недовольно и напряжённо спросил Сильвестр.
Мы подошли поближе и изумленно замерли.
— Да вот, что случилось, — процедил Элмер, зарываясь рукой в черные волосы.
Там, где должно было быть две могили, сейчас находились две разрытые ямы. Вокруг землю устилали пурпурные лепестки аконита.
— Интересно, правда? — нервно хмыкнул Элмер. — Хотите ещё больше удивлю? Глэд!
Мрачный мужчина «отлепился» от дерева, сделал шаг к нам и смотря на разрытые могилы проронил:
— Судя по следам, рыли не снаружи, а... изнутри.
Сильвестр грязно выругался.
— Так это был не конец?
В наступившей тишине мой вопрос показался почему-то жалким. Сильвестр медленно покачал головой.
— Нет, дорогая. К сожалению, это было только начало.
Конец