— Очешуеть просто! Мы волшебники! Скажите, долго вы это репетировали? Вы, конечно, ничего так актер, но, по-моему, Ваш балахон — явный перебор.
— Вы не верите мне? — больше утверждая, чем спрашивая, сказал старик. На его губах играла улыбка. Похоже, то, что я назвала его вруном, старика никак не задело. — Что ж, мне это вполне понятно. Наверное, Вашей маме стоило Вам все рассказать, но кто я такой, чтобы осуждать ее, не так ли? Вам нужны доказательства? Пожалуйста! — из многочисленных складок ткани старик достал длинную палочку, сделал какое-то легкое движение, и в воздухе появилась запыленная бутылка и пять бокалов. Бутылка наклонилась и щедро плеснула в четыре из пяти бокалов жидкость медового цвета. — Лучшая медовуха мадам Розметты! А для Эндрю, — еще одно легкое движение палочкой — в воздухе возник золотой кувшин, — тыквенный сок.
Бокалы подплыли к нам по воздуху. Я поймала свой и чуть-чуть отпила. Я никогда не пробовала ничего подобного! Сладкий медовый вкус с нотками спелых яблок. Это самое великолепное, что когда-либо удавалось попробовать. По лицу Дина и папы я видела, что они испытывают те же чувства.
— Прекрасно! — восхитился старик. — И так, надеюсь, я разрушил ваши сомнения? — Его голубые глаза светились живым ярким огнем. Я никогда прежде не видела таких живых глаз.
— Мистер Дамблдор, — начал Дин. В его голосе все еще звучало сомнение, — расскажите еще о волшебниках. Я не совсем понимаю.
— С удовольствием! — Дамблдор отпил из своего стакана и начал: — Волшебники и магглы — так мы называем не волшебников — всегда мирно сосуществовали. Но магглы никогда не знали, что волшебники живут с ними по соседству. Мы очень тщательно скрываем свою магию, контролируем численность волшебных существ, скрываем наши школы, больницы, — он снова сделал глоток из бокала. — Хогвартс — не единственная школа магии в мире. Существует одиннадцать древних школ магии, две из которых находятся здесь, в Америке, — он замолчал, явно ожидая еще вопросы.
— Но почему никто здесь не знал, что Энди и Амелия волшебники? — спросил Дин.
— Кестрель позаботилась об этом. — Он указал на черный с синим опал, висевший у меня на шее. — Их же подарила вам ваша мама, верно? — Мы с братом кивнули. — Эти опалы Кестрель дал я в тот вечер, когда она бежала из Британии. Эти камни заряжены мощной защитной и скрывающей магией, которая не позволяет вас обнаружить с помощью магии, а так же вам пользоваться ей. Поэтому никто не знал, что вы волшебники, и вас не зачислили ни в одну из школ.
Наступило молчание. Никто больше не решался ничего говорить. Энди с восхищением смотрел на старика, вертевшего в руках конфетный фантик. Я не верила ему. Даже после трюка с бутылкой, я считала его слова не больше чем ложью. Я, конечно, много знаю о тварях, скрывающихся в ночи. Знаю, что существуют ведьмы, феи, джины, но волшебники?! Это оставалось за гранью моего понимания.
— Я знаю, мисс Винчестер, что Вы многое повидали в этом мире, но как Вы, веря в существование вампиров, ангелов, демонов, можете отрицать существование волшебников? Ведьмы — те же самые волшебницы. Только они черпают свою силу из внешних источников, — сказал он, словно прочитав мои мысли.
— Я верю только в то, что видела сама. Ведьм я видела. Я знаю, как с ними бороться, но про волшебников ни в одной книге не сказано. Уверена, хоть один охотник, да прикончил волшебника.
Дамблдор ничего не сказал, а только кивнул.
— Полагаю, вы мне все же не верите. Что ж, тогда я должен найти другой способ защитить вас.
— Вы так и не сказали, от чего защитить, — напомнил Дин.
— Смерть Кестрель не несчастный случай. Это было убийство. И волшебники, которые убили ее, будут охотиться на вас. Конечно, Кестрель окружила ваш дом мощной защитной магией, но она может не выдержать.
— Я вам верю, — сказал папа, все это время молчавший. — Конечно, все это трудно осознать, но я верю вам. Если Кестрель считала, что нашим детям будет безопаснее в Хогвартсе, путь так оно и будет.
— Что?! — воскликнул Дин, возмущаясь. — Откуда такая уверенность?!
— Папа, ты вообще в своем уме?! Я никуда не поеду!
— Ура! Я еду в школу волшебства!
Отправить меня хрен знает куда с каким-то сумасшедшим стариком?! Папа превзошел самого себя! И как мне теперь выбраться из этого дерьма?! Одна надежда, что хоть Дин сохранит здравый смысл.
— Кестрель оставила мне письмо, ясно? — Поток наших возмущений прекратился. — Она рассказала всю правду о себе и о вас. Написала, чтобы я рассказал все вам, но я не смог. При всей моей любви к ней, я все равно считал ее несколько сумасшедшей. — Дин усмехнулся. — Я не поверил ни единому слову. Мне нужно было какое-то подтверждение. Когда пришли письма, я все понял. Несколько раз пытался завести с вами этот разговор, но каждый раз меня что-то останавливало. Меня останавливал страх потерять вас так же, как я потерял ее. Я не надеялся, что Вы придете, хотя Кестрель написала о том, что Вы придете в любом случае. Я думал: «Будь что будет! Не придет, ну и ладно. А если придет, то…»
— Пусть сам во всем разбирается, — закончил за него Дамблдор. Он был ни сколько не зол, не рассержен. Его голубые глаза светились пониманием.
— Да, что-то типа этого. Я понимаю, как тебе, Амелия, сложно во все это поверить, но ты должна. Так для тебя будет лучше. Так хотела твоя мама.
— Я не поеду в школу, в которую даже не верю! Пусть Энди едет туда, пусть учится махать волшебной палочкой, ездить на единорогах и еще всякой ерунде! Я смогу защитить себя и без этого.
— Все решено, Амелия. Ты едешь в Хогвартс. И это больше не обсуждается, — закончил отец.
— Прекрасно! — Похоже, старик находил сложившуюся ситуацию весьма забавной. Мне же хотелось двинуть ему чем-нибудь тяжелым. — Сейчас я расскажу вам о некоторых нюансах. В Хогвартс зачисляют только тех, кому уже исполнилось одиннадцать лет…
— Но как же… — начал было Энди.
— Не беспокойся, с этим проблем не будет. Ты будешь, как и положено, учиться на первом курсе. Тебе, Амелия, тоже придется начать учебу с первого курса, но, по твоему желанию, ты можешь экстерном сдавать программу и переходить с курса на курс. Конечно, это будет тяжело, но я понимаю, что тебе будет не очень комфортно учиться с теми, кто сильно младше тебя.
— Так и сделаю. Может быть, удастся побыстрее свалить из этой психушки.
— Мистер Винчестер, — обратился старик к папе, будто не слыша моей последней фразы, — в ближайшее время, скорее всего завтра утром, должна прилететь сова из вашего Министерства Магии. В письме будет сказано, что Вам нужно сделать. Не беспокойтесь, это чистая формальность! В Министерстве должны получить письменное подтверждение, что Вы позволили Вашим детям уехать учиться в другую страну. Я давно уладил все вопросы. Вам просто нужно будет подписать бумаги.
— Конечно, — ответил папа.
— Отлично! Ну, — Дамблдор встал со своего места, — я прощаюсь с вами. Ровно через двенадцать дней в пять утра я прибуду к вам, и мы все отправимся в Лондон. Соберите все необходимое, потому что вам, — он обратился к папе и Дину, — на какое-то время придется остаться в Лондоне. Спокойной ночи и до свидания!