— Слушай, я ничего не делала с этим дурацким письмом. Да, я не хочу никуда ехать, но я стараюсь привести разумные аргументы и причины, а не прятать письмо. Это не в моем стиле.
— Как раз в твоем.
Очень трудно было смолчать. Очень трудно было удержать в себе то, что ни в какой Хогвартс он не поедет. Мне хотелось увидеть его лицо, когда я произношу это. Хотелось вновь в полной мере почувствовать свое неоспоримое превосходство.
Пока Энди был на бейсболе, я отравилась в магазин за продуктами. Не люблю ходить по магазинам. Даже с мамой редко ходила за покупками. С самого детства я считала эти тряпки не более чем мишурой. Оберткой, по которой тебя постоянно оценивают. В платье за вампирами не погоняешься. На каблуках не залезешь в логово вендиго. Мама этого не понимала. Она говорила, что мне слишком рано думать об охоте, что мои мысли должны занимать друзья, вечеринки, свидания с мальчиками и прочая скучная хрень. Где она вообще этого понабралась? Из-за таких ее мыслей в моей гардеробе, по мимо простых джинс, футболок, свитшотов, рубашек и кожаных курток, было также несколько платьев, которые я ни разу не надела. Только на мамины похороны пришлось это сделать. Потому что Дин попросил.
Вы, наверное, думаете, что мне совершенно плевать на своих родителей и брата, что я люблю Дина больше. Так может показаться, но это не правда. Мои родители — это что-то невероятное, возвышенное. Идеалы, которыми я никогда не стану. Я никогда не стану такой красивой, как мама. Никогда не прочту столько книг, сколько прочла она. Да что уж тут таить, никогда не стану такой волшебницей, как она. Я никогда не научусь замечать детали, как папа. Никогда не смогу корпеть над книгами долгое время, как делал это он. Никогда не научусь идти на компромисс, как умеет он. Дин же проще во всех отношениях. Он не идеален и не пытается показаться таковым. Он не умеет быть сердитым, когда это нужно. Он слишком ребенок, слишком прост. Он всегда рядом. Такой живой, настоящий, честный и искренний. За всю свою жизнь я не услышала от него и слова упрека. Он никогда не ругал меня. Ну, только один раз, когда я взяла его импалу без разрешения и поцарапала. Тогда я мечтала провалиться сквозь землю, чтобы не видеть разочарование в его глазах. Все карманные деньги и деньги, которые мне подарили на день рождения, я потратила на покраску его драгоценной машины. Никого и никогда Дин не любил так сильно, как свою детку.
Конечно, родители обижались на меня и Дина за то, что мы проводили вместе много времени. Больше всего обижался папа. Он видел, как я похожа на Дина. Он прекрасно понимал, что это значит. От папы я унаследовала лишь одно — неподчинение. Это делало меня бомбой замедленного действия, от которой будет ой как много проблем. Мама всю мою жизнь держалась несколько отстраненно. Она вела с кем-то постоянные переписки, закрывалась в подвале. Со временем мы привыкли к ее странностям, словечки типа «маггл» стали для нас привычными. Мы просто думали, что она слишком увлеклась сказками, которые рассказывала сначала мне, а потом и Энди. Меня это не слишком заботило. Я любила ее любую. Хоть с растрепавшимися волосами, всю перепачканную мукой, хоть в шикарном платье и с прической. Она была для меня идеалом.
Только потеряв ее, я в полной мере осознала, как же сильно я ее любила. Только не видя ее улыбку, я поняла, что стараюсь улыбаться, как она. Раньше я не понимала, не осознавала, что пытаюсь копировать ее манеру говорить, смех, взгляд, походку… Я пыталась стать ее копией. Такой же, как она, идеальной. Я копировала ее, не сознавая, что этим причиняю боль своей семье. Я и так была ее двойником, а еще и пытаюсь все делать, как она. Но только так я чувствовала ее присутствие. Только так она была рядом. Я хотела быть ей, но ненавидела, когда нас сравнивали. Меня выворачивало наизнанку, когда я слышала: «Ты так похожа на свою маму!». Да, сплошное противоречие. Винчестер не может быть без странностей. Мама училась в Хогвартсе, и, я уверена, там остались преподаватели, которые учили ее. Я не хочу, чтобы они сравнивали нас. Дамблдор сказал, что она была лучшей ученицей, старостой… Все будут ожидать от меня того же. А что если я не такая одаренная, как мама? Что если не смогу доказать, что я тоже чего-то стою? Это одна из причин, почему я не хотела ехать в Хогвартс. Я боюсь быть хуже нее.
Я ходила среди высоких стеллажей супермаркета. Уже успела встретить школьных «друзей». Опухшие лица, мятая одежда и смазанный макияж: последствия очередной шумной вечеринки. Они смерили меня презрительным взглядом, когда я проходил мимо. Точнее не меня, а мою одежду. Мои одноклассницы всегда выглядели, словно дешевые шлюхи. Все считают нормальным длину их юбок, открытые животы и вываливающуюся грудь. Я же предпочитаю, как это называется, рокерский стиль. Пусть лучше меня называют сатанисткой, чем шлюхой.