Пуффендуец замолчал. Я терпеливо ждала, пока он соберется с мыслями и продолжит историю.
- В школе все знали о наших отношениях, и это никогда не было проблемой. Да, первое время мы были чем-то диким, на нас показывали пальцем, но Лукасу, наверное, именно это и было нужно. Через несколько месяцев о наших отношениях узнал отец Лукаса. И вот тут начался настоящий ад. – Томас поморщился, вспоминая. – Первое время он присылал письма с угрозами. Писал, что если кто-то из нас сунется даже в Хогсмид, живым обратно уже не вернется. Потом началось давление через других родителей, некоторых преподавателей. Все это сначала никак не действовало на Лукаса. Лишь мне было страшно, а ему совершенно наплевать. Потом, из-за умелых манипуляций его отца, от Лукаса отказались все его близкие друзья, и у него началась дикая депрессия. Я по-прежнему был рядом, но, как оказалось, только меня недостаточно.
Томас вновь замолчал и устремил взгляд вглубь библиотеки. Рассказ давался ему слишком тяжело.
- Если ты не хочешь рассказывать дальше, - начала я, - я понимаю.
Парень покачал головой.
- Тяжелее держать все в себе и сходить с ума в одиночку. – Он слабо улыбнулся и продолжил: - С Лукасом я проводил все свободное время. Когда ему было особенно плохо, мы сбегали с уроков и прятались в нашей гостиной. Никто из пуффендуйцев не удивлялся присутствию Лукаса и помогал по возможности. Ночами напролет я сидел рядом с Лукасом, обнимал его, говорил, что мы со всем справимся. Я отдал ему всего себя без остатка. Тогда мне казалось, что, чем больше я отдам, тем дольше мы будем вместе. С Лукасом мне нужна была вечность. Раньше я думал, что самое страшное – это навсегда потерять человека, но нет ничего страшнее, чем видеть, как твой любимый катится в пропасть, как он сам себя убивает. Мои попытки вернуть Лукаса в норму, заставить перестать причинять себе вред, были настолько жалкими, что он смеялся, размахивая лезвием перед моим лицом, чтобы я видел, что его уже не спасти. Страх, тревога… они постоянно одолевали меня, заставляя лихорадочно искать решение проблемы. Я связался с отцом Лукаса, попросил приехать в школу. Казалось, что это лучшее решение, единственный выход. Но это была моя самая ужасная ошибка. Отец Лукаса избил его чуть ли не перед всей школой. Избил так, что парень еле мог шевелиться. Он говорил такие вещи, от которых мне и сейчас дурно. Но никто даже не попытался остановить этот ужас. Все просто стояли и смотрели. Меня, когда я попытался что-то сделать, скрутили старшекурсники и сказали, не лезть туда, куда не просят. Все закончилось только тогда, когда вмешался Снейп. Таким злым я его не видел никогда. Отец Лукаса покинул школу довольный тем, что сломил своего сына. Но он его не сломил, а сломал. Полностью. Тогда в Лукасе оборвалось абсолютно все. Он полностью разочаровался в людях, в себе и во мне. Его взгляд, полный боли, слез, которых он никогда не выплачет, я не забуду и за всю жизнь. Его отец уехал, гордый собой, что уничтожил ребенка, маленького человека, который не в силах дать достойный отпор. А на утро мы нашли Лукаса в ванной старост со вскрытыми венами.
Томас улыбнулся вымученной улыбкой и открыл книгу, что лежала перед ним.
- Томас, мне…