- Не стоит, - улыбнулся он. – Я сам виноват в том, что произошло. И пусть я скучаю по Лукасу каждую чертову секунду, ненавижу себя за то, что рассказал его отцу, я знаю, что Лукас, наконец, свободен.
Нужно было что-то сказать, но слова никак не шли из моего горла. Я сидела напротив Томаса и плакала. Плакала от того, что подобное произошло с достаточно близким мне человеком, что это произошло вообще в принципе. От того, что я – жалкая идиотка, убивающаяся по ничтожной причине.
- А что его отец? – проговорила я, утерев слезы.
- Не знаю, - пожал Томас плечами. – Я слышал, что Снейп всерьез взялся за него, писал в Министерство, но, чем это кончилось, не скажу. Да и неважно уже. Лукаса это не вернет.
Всегда у кого-то в жизни будет хуже, чем у тебя. Всегда найдется тот, кто пережил большее горе, чем ты. Пока ты убиваешься из-за сломанного ногтя, кто-то за улыбкой скрывает боль от потери всей семьи.
- Так что ты даже не смей отказываться от того, кто тебе действительно нужен, - проговорил Томас серьезно.
- О чем это ты?
- О Малфое, о ком же еще? – усмехнулся он.
- Но… откуда ты вообще…?
- Ха! Думаю, многие в школе уже знают. Седрик такое шоу устроил в гостиной! – Томас усмехнулся. – Только я не знаю, почему ты переживаешь? Из-за того, что он – Малфой? Или просто потому, что он – полный засранец? А, может, тебя беспокоит, что будут говорить в школе? На самом деле, без разницы. Но ты сейчас занимаешься какой-то херней. Если ты хочешь быть с Малфоем, будь с ним. Не нужно искать всякие «но» и отговорки. Делай то, что хочешь. Иначе потом будет слишком поздно.
Слова Томаса теперь постоянно крутились в моей голове. Я знала, что пуффендуец абсолютно прав, и от этого становилось еще паршивее. Но пока я совершенно не понимала, что могла сделать.
За ужином я встретилась с Гарри и Гермионой. Рон, наверное, еще не вернулся с тренировки. Ребята сидел за столом и что-то обсуждали.
- Привет, ребята, - поздоровалась я. – Как погуляли?
- Продуктивно. – На губах у Гермионы играла загадочная улыбка. – Все прошло так, как я и планировала.
- О чем ты? – спросила я.
- Наша дорогая Рита Скиттер любезно согласилась написать о Гарри статью. Люди должны знать, что «Пророк» пишет о Волдеморте неправду.
- Как тебе это удалось? – Я вспомнила рассказы друзей о прошлогодних проделках репортерши. – Не думаю, что она так уж охотно согласилась ее написать.
- Это да, - кивнула Гермиона. – Но немного шантажа всегда способствует принятию правильного решения.
- Интересно, как к этому отнесется Амбридж, - проговорил Дин Томас не без страха в голосе.
- Ты правильно сделал, Гарри, - сказал Невилл, сидевший напротив. Парень побледнел, но все же, понизив голос, спросил: - Наверное, трудно было… говорить обо всем этом?
- Трудно, - кивнул Гарри, - но люди должны знать, на что способен Волдеморт, разве нет?
- Конечно, - отозвался Невилл. – И его Пожиратели… Все должны знать…
Долгопупс хотел сказать что-то еще, но не закончил и вернулся к ужину.
- А как…? – Я не договорила, потому что в Зал вошла Чжоу со своей подружкой. Девушка прошла к столу, даже не взглянув на Гарри, и села спиной нему. – Видимо, все прошло плохо.
- Хуже некуда, - пробормотал Поттер. – Я сидел как идиот и совершенно не знал, как вести себя, что говорить… У Чжоу было столько этих свиданий, и я меньше всего хотел облажаться, но, видимо, облажался по полной программе. Только дебил мог решить, что классная идея позвать девушку, с которой у тебя свидание, на встречу с другой, пусть эта другая – твой лучший друг! А она просто вскочила на ноги и заявила: «Всего хорошего, Гарри!» И убежала, сломя голову! Я ничего не понимаю в девушках, - заключил он.
Гермиона поглядела на затылок Чжоу и вздохнула.
- Ох, Гарри, - грустно сказала она. – Прости, но тебе немного не хватило такта.
- Это мне не хватило такта? – возмутился Поттер. – Сначала все шло хорошо, а потом она вдруг начала рассказывать, как Роджер Дэвис приглашал ее на прогулку и как она таскала Седрика целоваться в это чертово кафе! Думаешь, мне было приятно это слушать?
- Гарри, - начала я, откусив кусок пирога, - ты идиот, что сказал посреди свидания о встрече с Гермионой.
- Но… - покраснел он. – Но Гермиона сама попросила меня встретиться! И привезти с собой Чжоу. Как бы я сделал это, если бы ничего не сказал?
- Надо было сказать по-другому, - пояснила Грейнджер с раздражающе терпеливым видом. – Ты должен был сказать, что это ужасно досадно, но я заставила тебя согласиться на встречу. Что ты совсем не хочешь идти, что просто мечтал провести целый день с ней, но, к несчастью, тебе придется со мной встретиться. И не составит ли она, Чжоу, тебе компанию – тогда, может быть, удастся отделаться от меня поскорее. Да, еще неплохо было упомянуть, что ты считаешь меня уродиной.