- А тебя никто и не просит.
Затянув нашу победную песню, красно-золотая масса высыпала с поля и понесла к замку на своих плечах Рона, размахивающего кубком. Уизли был по праву героем этого дня. В гриффиндорской гостиной утроили такую вечеринку, которую никто никогда не видел. Натащили с кухни еды, достали остатки сливочного пива, а у кого-то даже нашлась бутылочка огненного виски. Нам было что праздновать, и все, даже Гермиона, это понимали и не протестовали против затянувшегося до утра веселья.
- Моя голова сейчас взорвется, - простонал Рон, сидя под березой на берегу озера, куда мы сбежали на следующий день. – Алкоголь это зло!
- Ага, - рассмеялась я. – Еще скажи, что больше никогда не будешь пить.
- Ох, - протянул Рон, закрыв глаза, - я больше никогда не буду пить.
Я усмехнулась и, закрыв глаза, подставила лицо жаркому солнцу.
- А ты чего такая бодрая? – спросил Гарри, закрыв учебник. Видимо, к экзаменам они сегодня готовиться не будут. – Вроде, пила не меньше нашего!
- Ну, скажем так, я просто привыкшая.
- Как же я тебе завидую, - снова простонал Рон.
- Только минус алкоголя в том, что жутко хочется курить, а у меня как назло ничего нет. Эх, Гермиона, зря ты вчера ушла. Лаванда и Парвати так целовались! Ух!
- Я не любитель подобного веселья, - хмуро сказала она. – Как Драко отреагировал на нашу победу?
- Спокойно, - ответила я. – Зато остальные чуть метлы не переломали. Ты разве не видела, как Пьюси отшвырнул ее от себя?
- Ну, - протянула она. – Честно говоря, мы с Гарри видели только первый гол Уоррингтона.
- Чего? – возмутился Рон и посмотрел на Гермиону, сведя брови у переносицы. – Вы не видели, как я играл?
- Ну… нет, - сказала Гермиона и придвинулась ближе к другу. – Но, Рон, мы не хотели уходить. Но нам пришлось это сделать.
- Неужели? – спросил Рон, покраснев. – Зачем это?
- Из-за Хагрида, - сказал Гарри, потерев виски. – Теперь мы знаем, почему он вечно ходит в синяках с тех пор, как вернулся он великанов. Он позвал нас с собой в лес… Мы просто не могли отказать! В общем, Хагрид там прячет своего брата.
- Брата? – в один голос воскликнули мы с Роном.
- Быть такого не может! – сказал Уизли. Он смотрел на Гарри с Гермионой так, будто ждал, что они скажут, будто это шутка.
- Но зачем Хагриду приводить сюда великана?
- Хагрид хочет, чтобы мы научили его английскому, - сказала Гермиона.
Рон рассмеялся.
- Он просто сошел с ума, - сказала я и легла на траву. – Окончательно чокнулся!
- Да, - подтвердила Гермиона, - но мы с Гарри обещали помочь.
- Ха! Ну что ж, придется вас нарушить свое обещание, - сказала я. - У вас же экзамены на носу и… да черт возьми, это же великан. Великан! Шансов, что из этого выйдет хоть что-то хорошее и Амбридж не узнает, ровно столько, сколько у Гойла стать балериной!
Гарри усмехнулся. - Кем? – спросил Рон.
- Не важно, - ответила я, перевернувшись на живот.
- Амелия, ты конечно права, но… мы обещали.
Рон тяжело вздохнул, пригладил растрепанные волосы и, помолчав, сказал:
- Ладно. Хагрида ведь еще не выгнали, да? Может, он сможет продержаться до конца семестра. И тогда нам не придется и близко подходить к этому… этому…
Чем ближе был июнь, тем мрачнее Драко становился. Он все реже покидал слизеринскую гостиную после уроков, засев за конспекты, которые прочитал уже миллион раз. Он знал все, что могло попасться на экзамене, но все равно дико переживал.
- А вдруг мне попадется то, чего нет в программе? – говорил он. – Вдруг таким будет всего один вопрос и он достанется мне?
- Драко, не истери. Все будет хорошо! На СОВ еще никто не умирал.
- Ты не понимаешь! – сказал он громко. Мадам Пинс появилась словно из ниоткуда и начала шикать. – От СОВ напрямую зависит мое будущее.
Но не только Драко стал нервным. Седрик, который весь год абсолютно не переживал из-за предстоящих выпускных экзаменов, так рьяно взялся за подготовку, что совсем перестал спать. Гермиона тоже не расставалась с учебниками, ходила, бормоча себе что-то под нос.
- Это просто сумасшедший дом! – вздохнула я. – На улице такая классная погода, а мы торчим в четырех стенах. Я скоро покроюсь плесенью!
- Так иди погуляй, - проговори Рон, усердно читающий толстенный учебник. – Только, ради Мерлина, не мешай.