- Амбридж случилась.
Гермиона рассказала мне о том, что произошло на уроки защиты.
- Вот же б…
- Амелия! – одернула меня Гермиона.
- Не волнуйся, Грейнджер, - сказал Фред. – Амбридж уже сегодня услышала о себе много хорошего.
- В смысле? – Девушка сверлила близнецов недобрым взглядом. – Что вы натворили?
- Это не они, а я. – Гермиона изумленно вскинула брови. – Эта жаба мне вкрай надоела, и я решила ее немного… успокоить.
- Ага, но получилось скорее наоборот, - хмуро заметил Гарри.
- И что ты сделала? – продолжила допрос Гермиона.
- Ничего такого, - пожала я плечами. – Просто намазала ее доску средством, которое переделывает все, что ты там напишешь, в ругательства. А потом назвала Амбридж министерской подстилкой и сказала, что знаю о ее средневековых наказаниях.
Все, кто сидел рядом и слышал, что я сказала, пораскрывали рты от удивления и изумления.
- Ты понимаешь, что теперь тебе будет? – вымолвил Рон.
- Да ничего ей не будет, - заверила парня Гермиона. – Амбридж не нужен враг, который может рассказать обо всем родителям, хоть кому-то.
- Тогда почему мы еще так не сделали? – громко спросил Гарри, нахмурив брови.
- Потому что тебя, Гарри, все считают сумасшедшим. А кто-либо другой никогда не осмелиться выступить против Амбридж и Министерства. В любой момент эта грымза может получить разрешение исключать учеников без какого-либо основания. Многих это останавливает, но не тебя, Амелия. Ты представляешь для Амбридж реальную угрозу. Но будь осторожна. Я уверена, Амбридж постарается от тебя избавиться.
Вторая половина дня прошло спокойно и скучно. Все потому, что близнецы убедили меня сидеть в гостиной, а не искать приключения на свою задницу.
Я сидела у камина и листала журнал «Выбери себе метлу», который дал мне Гарри, чтобы я поискала сведения о своей метле. Но в журналах ничего не было, и это занятие мне вскоре надоело. Я задремала в кресле, а когда проснулась, Гарри, Рон и Гермиона уже пришли с уроков.
- Устала? – с усмешкой спросил Рон. – Приключения выматывают?
- Это не приключения, Рон, - осадила парня Гермиона. – Это возмутительное, безобразное поведение, которое…
- А ты правда назвала Амбридж жабой? – перебил девушку Гарри.
- Это не я. Это доска, - сказала я, улыбнувшись.
Парни рассмеялись, на что Гермиона неодобрительно покачала головой.
После ужина Гарри отправился на наказание к Амбридж, а вернулся уже около полуночи. Мы с Роном и Гермионой сидели в гостиной. Они ждали, когда придет Гарри, а я – когда все уйдут спать.
Гарри вошел в гостиную, держась за перевязанную шарфом руку.
- Вот, - взволнованно сказала Гермиона, пододвинув к парню миску с какой-то желтой жидкостью, – это процеженная настойка маринованных щупальцев растопырника. Должна снять боль.
Гарри опустил окровавленную руку в миску.
- Спасибо, - сказал он, гладя уродливого кота Гермионы, который забрался к парню на колени.
- Ты должен пожаловаться на это, - тихо сказал Рон.
- Нет, - отрезал Гарри.
- МакГонагалл взбеситься, если узнает.
- Наверное. Но сколько, ты думаешь, Амбридж понадобиться времени, чтобы издать еще один декрет: кто пожалуется на нее, будет немедленно исключен?
Рон открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл его, не найдя слов.
- Рон прав, - сказала я. – С ней нужно что-то делать. Если бы я не у… - я осеклась, чуть не проболтавшись о своем побеге. Но, собравшись с мыслями, продолжила: - Если бы я не улетала сегодня, я бы что-нибудь обязательно придумала.
- В смысле улетаешь? – переспросила Гермиона. – Как? Куда?
- Подальше отсюда.
- Сбегаешь? – спросил Рон.
Я кивнула.
- И не смейте меня останавливать. Я уже все решила, и никто не сможет меня переубедить или задержать.
- Никто и не собирается, - произнесла Гермиона. – Я понимаю, почему ты хочешь сбежать. Тебе здесь все чуждо, все противоречит твоей натуре. Я понимаю.
- Спасибо.
- Но с Амбридж действительно нужно что-то делать, - перевела тему Гермиона.
- Предлагаю отравить, - произнес Рон.
- Нет, - покачала головой Гермиона. – Объяснить, что она никудышный учитель, что мы не учимся у нее защите.
- Да что мы можем? – зевнул Рон. – Поздно. Ее уже не уберут. Фадж не допустит этого.
- Революция? – предложила я. – Против всей школы даже министр не попрет. Не исключит же он всех?