Наверное, нужно было пойти обратно в гриффиндорскую гостиную, где друзья ждали моего возвращения. Наверное, нужно было найти Энди и Седрика, чтобы обо всем им рассказать. Наверное, нужно было написать письмо папе и Дину, которые чертовски за меня переживают. Но я обо всем этом даже не подумала. Я бежала по коридорам замка к теплу и солнцу.
Иногда правильные мысли, то, что нужно сделать, должны отходить на второй план, давая дорогу чувствам и спонтанности. Ведь это самое искреннее и настоящее.
Я бежала по коридорам, не замечая редких студентов, не замечая, как мантия развевается за спиной, открывая всем мой голый живот.
– Эй! – Сначала я не поняла, что это обращались ко мне. – Эй! Винчестер!?
Пришлось остановиться. Мысленно я уже готовилась к серьезному разговору с преподавателем, но…
– Малфой? Чего тебе?
– Куда ты так несешься? Да еще и в таком виде! – Он указал на мантию, свисшую с моего плеча.
– Не твое дело, ясно? – фыркнула я.
– О, мне совершенно наплевать. Только ты меня чуть с ног не сбила!
– Ну не сбила же! Послушай, Малфой, если хочешь поругаться, запомни мысль и выскажи ее мне в другой раз. Мне нужно идти.
– Ага, так я тебя и отпустил! Моя обязанность старосты – доложить о твоем непристойном виде, – ухмыльнулся он. – Не думаю, что тебе нужно еще одно наказание.
– Какой же ты говнюк, Малфой! Хорошо, – громко произнесла я, состроив недовольную гримасу. – Я расскажу тебе, куда иду. Хотя, лучше покажу.
– Если это, – нагнал меня слизеринец, – окажется какая-нибудь… хрень! Я все равно пойду к МакГонагалл.
Было тяжело идти с серьезным лицом и не смеяться. У Малфоя был такой ликующий вид, так он светился, что выглядел чертовски нелепо. В слизеринце было дохрена всего скверного, но он, как оказалось, был еще немного наивен и, возможно, чуть-чуть доверчив. Давно уже должен был запомнить, что меня никакие наказания не пугают.
Я могла бы легко отделаться от Малфоя, но почему-то не сделала этого. Сама не знаю, почему, можно сказать, позвала его с собой. Малфой не так прост, как кажется. Не просто скверный аристократишка. Он много глубже, интереснее. Под маской избалованного папенькиного сынка скрывается адекватный, интересный парень. Проведя с Малфоем наедине столько времени, я поняла, что он не так плох, как все думают. Не знаю, почему на людях он ведет себя как полный мудак. Может, это защитная реакция и ему так проще? Может, он боится показать себя настоящего? Не знаю. Но почему-то чертовски хочу узнать.
– Долго еще?
Мы были уже на улице и шли в сторону квиддичного поля.
– Думаю… – Я остановилась и огляделась, – уже пришли, – и легла прямо на траву.
Малфой стоял и смотрел на меня сверху вниз совершенно непонимающим взглядом. Его губы двигались, словно в беззвучном разговоре, но он так был сбит с толку, что не мог произнести и слова.
– Винчестер, ты…!
– Ой, а, может, хватит? Я и так знаю, что сейчас услышу. Пожалуйста, избавь меня от этого.
– Ну уж нет! – Лицо Малфоя покрылось красными пятнами от злости, губы его дрожали, взгляд был готов испепелить меня на месте. – Я сейчас…
– Не будь таким мудаком. Хоть один день. Закрой рот, ляг рядом и насладись, блять, солнцем! Или просто уйди и не мешай мне.
Что-то побубнив, поругав меня, Малфой все-таки лег рядом. Некоторое время он ерзал, приминал травинки, убирал камушки из под спины, потом тяжело вздохнул и успокоился.
– Ты меня обманула, – гневно сказал Малфой.
– Ну и что? – ответила я, продолжая лежать с закрытыми глазами. – Я не думала, что ты поведешься.
Тут я услышала, как Малфой рассмеялся. Звонко. Искренне.
– Теперь я просто обязан отомстить.
– Ха! Будет интересно на это посмотреть.
Лежать на траве и наслаждаться теплом было невероятно приятно. Складывалось впечатление, что вот сейчас все именно так, как и должно быть, что я нахожусь там, где нужно. Что все сейчас правильно. Правильна та птица, что только что пролетела надо мной. Правилен какой-то жук, что ползет по моей руке. Правильно присутствие Малфоя. Правильно все, потому что здесь и сейчас мне чертовки хорошо.
– Знаешь, – начала я, – если бы ты не строил из себя такого мудака, мы могли бы быть друзьями.
Я была готова услышать смех, крики возражений, оскорбления, но Малфой молчал. Видимо, он не ожидал услышать подобное. Парень лежал, наверное, в полуметре от меня, смотрел куда-то в небо и дышал часто, прерывисто. После минуты раздумий он сказал: