И снова пауза, во время которой трибуны лихорадочно переваривали услышанное.
– А вот теперь действительно к делу. – Морриган бросила взгляд на огромное, во всю стену, прозрачное окно. – Ночью нас ждет новая схватка с Дикой Охотой. Под нами я подразумеваю и Верхние города, и Пропасть. Я предлагаю сплотиться перед лицом общего врага и объединить наши усилия.
– Да что вообще вы можете нам предложить? – не скрывая презрения, спросил еще один трибун, Томас.
Морриган скривилась, недовольная его тоном. Подалась вперед, ладонями опираясь о столешницу, чтобы оказаться к Томасу чуть ближе. Так он лучше запомнит и прочувствует ее слова.
– Вы не знаете, кто вам угрожает. Мы – знаем.
Трибуны переглянулись, хорошо понимая, что сулит им доступ к подобной информации. Врага нужно знать в лицо, ведь так? Прежде они, непозволительно неосведомленные о мире теней и, уж тем более, о самой Бадо́ Блэр, вынуждены были действовать практически вслепую.
– И кто же?
– Бадо́ Блэр, так же известная как Леди Ворон, Ткач Кошмаров и Леди Война. Та самая, что стала причиной смертельных для людей кошмаров. Та самая, что когда-то впустила полуночную магию в мир живых.
Лица присутствующих вытянулись. Кэтлин побледнела и дрожащей рукой схватила стакан с водой. Джамесина и Дэмьен смотрели на Морриган во все глаза.
– Не было времени вам сказать, – негромко произнесла она. – Ладно, вру. Я просто не знала, как это сказать.
Не было смысла утаивать подобное – ни перед Трибуналом, ни перед кем-то другим. Ирландия должна знать, сколь невероятная опасность им угрожает.
Потому Морриган рассказала обо всем. Открытие бреши между мирами, смерть Бадо́ от руки возлюбленного и отца ее детей, возвращение в мир живых в обличье ревенанта. Мертвые Дочери, Триумвират, поглощение Балора…
И только выплеснув на посеревшего Фланагана и на соратников всю правду, Морриган отчетливо осознала: даже объединившись, Дикую Охоту им никогда не победить. Если только не случится чудо.
– Теперь вы знаете, как высоки наши ставки, – тихо закончила она. – Одной лишь рассветной силой серьезный отпор слуа не дать. Вам нужны полуночные колдуны, и я готова вам их предоставить. Не клейменных вами отступников, чистых перед законом – потомков тех, кто когда-то сбежал от Трибунала или по своим причинам пришел однажды в Пропасть. – Морриган скривилась: – Я же знаю вас, законников. А так вы сможете оправдаться перед общественностью. И, может, перестанете хоть немного бояться нас.
– Вы полуночная ведьма? – с некой опаской спросила Кэтлин.
– Нет, – приподняв подбородок, сказала Морриган. – Рассветная. Я ноктурнистка.
– Но королева полуночных. – Чуть оправившийся от потрясения Фланаган открыто взглянул ей в лицо. – И, судя по нашим сведениям, бывшая полуночная ведьма, объявленная Трибуналом отступницей.
Морриган вздохнула. Проклятые чтицы зеркал… Наверное, успели распознать ее личность еще до того, как она вошла в кабинет.
«Никогда их не любила».
– Я не убивала Лару Кэнни. Ее убил вселившийся в мое тело дух. Но это тема для отдельного разговора. Я пришла сюда не затем, чтобы снять с себя вину. – Она ответила Фланагану таким же прямым взглядом. – Пропасти нужны любые ведьмы и колдуны, сведущие в целительных чарах. Я предлагаю сделку: ваши целители в обмен на наших боевых колдунов.
– И пару стихийников, – хмуро вклинился Дэмьен. – Огонь мертвецам не страшен, чего не скажешь о живых.
Фланаган снова что-то пометил в блокноте.
– Но это, конечно, не все, – после недолгого молчания продолжила Морриган. – Как вы, безусловно, догадываетесь, у нас есть достаточно сведений, способных подорвать у людей всяческое доверие к Трибуналу. Да что там – попросту уничтожить его.
Ноздри Кэтлин гневно раздулись. Морриган скользнула по ней равнодушным взглядом и повернулась к Фланагану.
– Но мы можем этого не захотеть.
– Я слушаю, – мрачно сказал трибут.
Морриган сделала знак Джамесине и откинулась на спинку стула.
– Положите конец притеснениям существ древней крови, – веско сказала бааван-ши. – Я говорю об узаконенном праве существ древней крови жить на поверхности и работать наравне с людьми. А также о праве находиться среди людей… начнем пока с графства Колуэр… в своем естественном обличье. Пусть люди привыкают к нашему виду, перестают воспринимать его как нечто чуждое, инородное. Чтобы сами носители древней крови наконец перестали чувствовать себя прокаженными или… монстрами.
– Так быстро людям к этому не привыкнуть.
Джамесина сладко улыбнулась.
– Мы живем куда дольше, чем люди. И мы никуда не спешим.