Клио шумно выдохнула. И кивнула.
– Хорошо. Как только мы вернемся в Кенгьюбери, мы… уедем. В конце концов, теперь у нас даже нет дома. Так почему бы ему не появиться в каком-нибудь другом городе или… стране?
– У вас? – лукаво переспросила Морриган.
Клио смущенно рассмеялась.
– У Ника. Но думаю, что… Да, у нас.
Личико Клио озарила мечтательная улыбка. Морриган привлекла ее к себе, нежно поцеловала в лоб.
– Будь счастлива, родная, – прошептала она. – Пожалуйста, будь счастлива.
Развернувшись, Морриган вышла из комнаты. Побоялась, что, если останется рядом с сестрой еще хотя бы на мгновение, просто не сможет сделать то, что необходимо.
В коридоре терпеливо ждал Ник. Морриган о многом хотелось ему сказать. О том, что ей жаль потерянной между ними дружбы. О том, как она рада, что Клио нашла родственную душу, защиту и опору и свою любовь. Но у нее еще будет шанс поговорить с ним.
Потому она сказала лишь самое главное:
– Пожалуйста, береги ее.
Ник не стал ни о чем спрашивать – по ее лицу видел, что не время.
Серьезно кивнув, сказал:
– Обязательно.
Оставив позади дорогих ее сердцу людей, Морриган покинула дворец. В поисках успокоения пришла в сад во внутреннем дворе. Ее взгляд равнодушно скользил по цветам, которых не существовало в Ирландии – а может, и во всем людском мире. Но среди живой природы вместо каменных стен дышалось легче. Самую малость.
Здесь ее и нашел Дэмьен.
Морриган услышала шаги, но не повернулась. Сидела на резной скамье, нервно перебирая пальцы.
Помедлив, Дэмьен опустился на скамью рядом с ней.
– Поговорила с сестрой?
– Да. Поговорил с Мэйв… Мэб?
– Да.
Повисшая в воздухе тишина заставила Морриган усмехнуться. Кажется, никто из них не спешил делиться откровениями.
Она ошиблась.
– Когда мы только встретились – здесь, на Авалоне… – медленно начал Дэмьен. – Я ничего не понимал. Мэйв была так равнодушна, так отстраненна. Она будто не знала меня вовсе. Словно я для нее – чужой человек. Да, она наверняка прошла через многое, раз ей удалось каким-то образом стать королевой. Но, глядя на нее, я задавался вопросом – неужели первая любовь следов не оставляет?
Морриган больше не хотела слушать о Мэйв. Хотела встать и уйти, но… осталась.
– Когда мы остались наедине… Она смотрела на меня так странно, почти… изучающе. А потом извинилась передо мной – за то, что мы не можем быть вместе. Сказала… – Дэмьен нахмурил лоб, вспоминая. – «Я оставила себе только твое имя и образ, которые теперь стали для меня совсем чужими. Память о том, что я когда-то тебя любила. Но больше – ничего».
– И что это значит?
Дэмьен выглядел растерянным и озадаченным.
– Понятия не имею. Возможно, речь о выборе, который Мэйв была вынуждена сделать, когда стала королевой. Оставить в прошлом прежнюю жизнь – ипостась смешливой и беззаботной фэйри, взросление среди лесных ведьм и… любовь ко мне.
– Почему ты не спросил?
– Потому что теперь это неважно.
– Неважно? – удивилась Морриган. – Ты столько сил потратил, чтобы ее найти! Искал ее и среди людей, и среди фэйри…
Дэмьен посмотрел ей в глаза долгим, проникновенным взглядом.
– Прежде я действительно был готов на все, чтобы быть с Мэйв, чтобы вновь ее обрести. Но потом… Я просил тебя отыскать ее на Тир на Ног для того, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Ведь она – родной для меня человек. Чтобы – и это самое эгоистичное – с помощью Мэйв взять свою ярость под контроль. А еще хоть как-то очистить свою совесть.
Он странно, почти умиротворенно, улыбнулся. Морриган впервые видела его – берсерка с яростью, бурлящей в крови, – с такой улыбкой.
– Мне нужна была эта встреча. Я чувствую такое облегчение, которого никогда прежде не испытывал. Я столько недель терзался чувством вины…
– Что разлюбил ее? Что не сберег вашу любовь, как обещал?
– Что влюбился в другую.
С губ Морриган сорвался изумленный вздох. Дэмьен смотрел ей в глаза, не отрываясь. У нее кружилась голова.
– Прикоснись ко мне, – тихо попросил он.
Дрогнувшей на мгновение рукой Морриган провела ладонью по его щеке. Пробежалась кончиками пальцев по вытатуированным на висках рунам, взъерошив короткий ежик. Увлекшись, зарылась пальцами в более длинных волосах на затылке, скользнула к шее, а после – и к груди.
Серые, как пасмурное небо, глаза Дэмьена потемнели от желания. Дыхание стало учащенным, как и его пульс. Но вместе с тем…
Никаких алых вспышек. Никакой алой ярости в глазах.
Морриган накрыла волна осознания. Он наконец принял свои чувства к ней.
Жаль, слишком поздно.
– Дэмьен… Ты слышал Веду. Меня может не быть в мире живых несколько десятков лет.