Если бы только она, маленькая Клио, которая, забравшись под одеяло с порхающей на ладони сущности света, читала древнюю историю Ирландии, знала тогда, что ей доведется не только познакомиться с Туата Де Данная, но и стать ее ученицей…
Горько осознавать, как много знаний они утратили, когда истинные дети богини Дану покинули Ирландию. Но почему они это сделали? Устали от войн и долгой жизни и захотели обрести покой? Или все дело в том, что мир слишком сильно изменился?
Люди, не обладающие божественной силой, создавали свою культуру. Призывая на помощь технологии и оттесняя магию, строили свой собственный мир. Оттого столкновение нового с древним было неизбежно. Может, поэтому Дану забрала Туата Де Данная в свои чертоги, оставив Ирландию их потомкам?
Однажды она обязательно расспросит об этом Каэр.
Только бы не опоздать.
Клио взглянула на Ткача Снов – бледную, сосредоточенную, все еще сплетающую слова в заклинание. Ткач Кошмаров пыталась лишить Каэр всего: и колдовской силы, и возможности созидать, и быть сноходицей. Но кое-что отобрать она не могла: знание, силу ума и невероятную волю, помноженные на долгую – очень долгую – жизнь.
– Да, – наконец выдохнула Каэр. – Думаю, оно.
Клио едва не подпрыгивала на месте – ей не терпелось проверить новое заклинание в действии.
– Что же… Для начала тебе нужно будет извлечь какое-нибудь снотворение – желательно что-то маленькое, даже крохотное и, конечно, неодушевленное. Взять его в руки и по мосту перейти в мир живых. И уже после перехода произнести заклинание. Ты увидишь нити энергии, из которой состоит снотворение.
Клио кивнула. Значит, она не ошиблась – магия истины и впрямь вплетена в чары Каэр.
– Все, что тебе останется – силой воли переплести нити этой энергии со своей собственной.
– Что значит, привязать их к себе.
Выбирать подходящую вещь слишком долго Клио не стала.
Скользнув в один из снов, она разглядела лежащее на зеркальном столике жемчужное ожерелье. Женщина, сидящая перед трюмо, расчесывала прекрасные белокурые волосы. Губы тронуты помадой, в ушах виднелись серебряные серьги-капельки. Остальная часть комнаты – часть декораций – тонула в тумане, как часто бывает во снах. Однако в окне виднелся мужской силуэт. Кажется, незнакомец держал в руках что-то… Точно, розы.
Клио улыбнулась – этот сон о любви.
Хозяйка сна, увидев ее, не напугалась и не удивилась, но Клио все равно почувствовала себя третьей лишней. Незнакомкой, что вторглась в чужую мечту. Кто знает, возможна ли та встреча в реальности или все увиденное останется лишь сном?
– Извините, – пробормотала Клио, сожалея, что не выбрала иное сновидение.
– Ничего, – с улыбкой отозвалась хозяйка сна.
– Я возьму это ненадолго, ладно?
Бусина с легкостью отделилась от ожерелья, даже не порвав его – Клио давно уже поняла, как использовать особую логику сна в своих собственных интересах. Почти нетронутое ожерелье Клио положила на трюмо. Оставила белокурую незнакомку и ее таинственного гостя, надеясь, что, несмотря на ее вмешательство, их свидание все же состоится.
Туманными тропами она прошла в мир живых. Проснувшись, подскочила на кровати. Как только глаза голубки открылись, взглянула на ладонь. В ней была зажата крохотная перламутровая бусина.
– Sen cumh ar shiul duine, fail marcailte, draiocht fir a thaispeaint.
Не заклинание даже – воззвание, призыв на древнеирландском.
«Древняя сила, отданная человеку, кровью отмеченная, магией истины проявленная».
Едва сошедшее с губ, оно обрело силу. Тайны, подчиняясь чарам, словно занавес, приоткрылись перед ней. Застыв напротив зеркала, Клио с изумлением разглядывала себя – заключенную в абрис девичьей фигурки золотистую энергию, переплетение сверкающих нитей. Теперь она знала, что видят рассветные ведьмы истины, когда смотрят на себя в зеркала.
Спохватившись, Клио перевела взгляд на бусину в ладони и разглядела в самой ее сердцевине тоненькую, с волосок, серебристую нить. Силой воли извлекла ее и повязала себе на запястье. Снова осторожно взглянула на бусину, словно та, будучи порождением снов, боялась солнца, и могла исчезнуть в любой момент.
Бусина никуда не исчезла.
Ощущая внутри энергию сновидений, Клио решилась на новый эксперимент. Коснувшись кусочка перламутра, она изменила его форму – как Морриган меняла свои тени, разыгрывая представление перед Клио и устраивая настоящий театр теней. Твердый материал в руках Клио стал податливой, мягкой глиной. Сначала бусина превратилась в звезду, потом в бабочку и наконец – в голубку. Восторженно рассмеявшись, Клио нанизала перламутровую фигурку птицы на оставшуюся от ловцов снов шелковую нить.