Юлия.
Но сны толкуются всегда в обратном смысле.
Камилла.
Покой могу найти я только в этой мысли,
И все же новый день, прогнавший злые сны, —
Не мирный день торжеств, а грозный день войны.
Юлия.
Положит ей конец последнее сраженье.
Камилла.
Болезни тягостней такое исцеленье!
Пусть Альба верх возьмет, пусть одолеет Рим —
Любимому, увы, уже не стать моим.
Супругом никогда не будет для Камиллы
Ни победитель наш, ни пленник римской силы.
Но кто сюда идет, но кто явился к нам?
Ты, Куриаций, ты? Не верю я глазам!
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Те же и Куриаций.
Куриаций.
Отбрось, Камилла, страх: я тем, чем был, остался
Я Рим не победил, но Риму и не сдался,
Не бойся: рук моих не сделали красней
Ни гордых римлян кровь, ни тяжкий гнет цепей.
Ведь были бы тебе равно невыносимы
И тот, кем сломлен Рим, и жалкий пленник Рима.
Поэтому, страшась малейших перемен,
Что принесли бы мне победу или плен…
Камилла.
Довольно, милый друг! Теперь мне все понятно:
От битвы ты бежал, как от судьбы превратной,
И сердце, до конца предавшееся мне,
Руке твоей не даст служить родной стране.
Другие стали бы тебя хулить наверно,
Твою любовь сочтя безумной и чрезмерной,
Но я, влюбленного не смея осудить,
За этот знак любви сильней должна любить.
Чем неоплатнее твой долг стране родимой,
Чем больше грех пред ней, тем ты верней любимой.
Скажи, ты виделся уже с моим отцом?
Скажи, он разрешил тебе войти в наш дом?
Ведь пуще, чем семью, он славу Рима любит
И, чтоб ее спасти, родную дочь погубит!
Удастся ль нам с тобой навек себя связать?
Как принят ты отцом — как смертный враг иль зять?
Куриаций.
Во мне приветствовал он будущего зятя,
Как родичу открыв отцовские объятья.
Но не изменником предстал я перед ним,
Чтоб осквернить ваш дом бесчестием своим.
Как должно, до конца родному верен краю,
Камиллу я люблю, но чести не мараю.
Достойный гражданин и любящий жених,
Покуда шла война, стоял я за своих.
Отчизну и любовь я сочетать стремился:
Я о тебе мечтал, когда за Альбу бился,
И до сих пор готов, покорствуя судьбе,
Сражаться за нее, томиться по тебе.
Да, сколь ни сладостно желаний страстных пламя,
Не прекратись война, я был бы там, с войсками;
Но, к счастью, это мир меня привел сюда,
Чтоб нас соединить, Камилла, навсегда.
Камилла.
Могу ль поверить я, что есть конец страданью?
Юлия.
Камилла, ты должна поверить предсказанью!
Но как же было нам даровано судьбой,
Что мир принес тот час, который звал на бой?