ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
Те же, Гораций и Сабина.
Куриаций.
О боги! Для чего Сабина с ним? Увы,
Невесте помогать сестру прислали вы,
Чтоб жалобы ее мой дух поколебали
И победить она могла в своей печали.
Сабина.
Нет, брат, я у тебя не стану на пути.
Дай лишь тебя обнять, сказать тебе «прости».
Ты — крови доблестной, и верь в себя спокойно:
Ты не свершишь того, что храбрых недостойно.
Когда бы дрогнуть мог теперь один из вас,
Я от супруга бы, от брата отреклась.
Но мужа славного, но брата дорогого
Лишь об одном просить и умолять готова:
Хочу я, чтоб не стал преступным этот бой,
Чтоб честь пожертвовать отечеству собой
Не превратили вы в злодейство, в преступленье
И недругами стать могли без сожаленья.
Лишь я виновница священных ваших уз.
Когда исчезну я, исчезнет ваш союз.
В угоду чести пусть прервется связь меж вами,
И, чтобы ненависть вас сделала врагами,
Мой горестный конец сегодня все решит.
Рим хочет этого, и Альба так велит.
Один меня убьет, другой, возжаждав мести,
Во гневе праведном придет на поле чести
И меч свой обнажит, оправданный вполне
Иль мщеньем за сестру, иль скорбью о жене.
Нет, мой совет приняв, вы были бы не правы:
Не должно осквернять высокой вашей славы.
Всю душу отдали вы родине своей.
Чем крепче ваша связь, тем с нею вы щедрей.
На алтаре страны заклать вам должно брата,
Не медлите, завет осуществляйте свято:
Сперва в его сестру вонзите острый меч;
Сперва его жену заставьте мертвой лечь;
Сперва покончите со мною, коль отчизне
Столь дорогие мне вы отдаете жизни.
Тебе, мой брат, в бою противник нынче — Рим,
Ты, муж мой, — Альбе враг, а я обоим им!
Иль вы желаете, бездушны и суровы,
Чтоб я увидела, как тот венок лавровый,
Что принесет герой сестре или жене,
Дымится кровию, родной и близкой мне?
Как должное воздать и жертве и герою,
Быть нежною женой и любящей сестрою,
Живому радуясь, над умершим тужить?
Решенье здесь одно: нельзя Сабине жить.
Я смерть должна принять, чтоб не изведать муки.
Сама себя убью, коль слабы ваши руки.
Жестокие сердца! Что удержало вас?
Я своего добьюсь потом, коль не сейчас.
Едва сойдетесь вы с подъятыми мечами —
И, алча гибели, я брошусь между вами.
Чтоб одного из вас упала голова,
Сабину поразить придется вам сперва.
Гораций.
Жена!
Куриаций.
Сестра!
Камилла.
Смелей! Они должны смягчиться!
Сабина.
Как! Вы вздыхаете? Бледнеют ваши лица?
Что испугало вас? И это — храбрецы,
Двух городов-врагов отважные бойцы?
Гораций.
Что сделал я, жена? Какие оскорбленья
Заставили тебя искать такого мщенья?
Чем провинился я? Кто право дал тебе
Мой дух испытывать в мучительной борьбе?
Ты удивить его и восхитить сумела,
Но дай мне завершить мое святое дело.
Ты мужа превзошла, но если он любим
Женою доблестной, не торжествуй над ним.
Уйди, я не хочу победы слишком спорной!
Что защищаюсь я — уже и то позорно.
Позволь мне умереть, как повелела честь.
Сабина.
Не бойся, у тебя теперь защитник есть.
ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
Те же и старый Гораций.
Старый Гораций.
Ужели чувства здесь возобладали властно,
И время подле жен вы тратите напрасно,
И, кровь решась пролить, слезами смущены?
Нет, дети, жен своих оставить вы должны.
Вас жалобы смягчат и, нежностью лукавой
Лишивши мужества, толкнут на путь неправый.
Лишь бегство победит противников таких.
Сабина.
Тебе они под стать — так не страшись за них.
Ты, вопреки слезам Камиллы и Сабины,
Добьешься своего от зятя и от сына;
И если удалось отважных нам смягчить,
Ты — здесь, и сможешь ты в них доблесть укрепить.
Не будем проливать напрасных слез, Камилла:
Пред этой твердостью ничтожна наша сила.
Лишь в безнадежности покой мы обретем.
Сражайтесь, хищники, а мы с сестрой умрем.