Дон Манрике.
Я, государыня, вам дам прямой ответ:
Велите, — и пойду на смертную я муку,
Но чтобы собственной сестры я отдал руку
Низкорожденному? Чтоб стал мне братом он?
Нет, слишком дорого мне обошелся б трон.
О нет! Нет, никогда…
Донья Изабелла.
Но вы признали сами,
Что по заслугам был вознагражден он нами,
Что с грандами в правах уравнен он сейчас.
Дон Манрике.
Да, правда, вы его возвысили до нас.
Не должен подданным монарх давать отчета,
Когда пожалует иль вознесет кого-то,
А если случаем он выльет дождь наград
На недостойного, лишь он и виноват.
Но что касается старинных родословий,
Монарх не всемогущ: своей дворянской крови
Я осквернить не дам, скорей ее пролью.
Я чистой получил от предков кровь мою,
Такой ее хочу и передать потомкам.
Донья Изабелла.
Вы в заявлении торжественном и громком
Признали полноту моих державных прав.
Но как вообразить осмелились вы, граф, —
И тем я, признаюсь, задета за живое, —
Что скипетр вам вручить хочу лишь для того я,
Чтоб вас унизить? Кто со мной так говорит?
Влюбленный? Подданный? Мне это слушать — стыд!
Изволили избрать вы странную манеру,
И вынуждена я…
Дон Лопе.
Граф был горяч не в меру,
И надлежало бы спокойней быть ему.
Чистосердечно вам отвечу, почему
Мы с горестью должны вам отказать в услуге:
Своих сестер другим мы прочили в супруги.
Донья Изабелла.
Кому же ваша?
Дон Манрике.
Мне.
Донья Изабелла.
Кому другая?
Дон Лопе.
Мне.
Донья Изабелла.
Могло случиться так, что по моей вине
Один из вас любовь принес бы в жертву чести!
Нет!.. Каждый из двоих пускай спешит к невесте
И гордо известит любимую, что он
Ради нее одной отверг кастильский трон.
Благодаря Совет за все его заботы,
Не жду, чтобы на мне женились без охоты.
Дон Лопе.
Но выслушайте нас…
Донья Изабелла.
Не ясно ли без слов,
Что постоянство чувств — основа всех основ?
Что постоянство чувств всех почестей дороже?
Иной по праву бы и мне сказать мог то же.
Не будь крепка моя с державным долгом связь,
Я постоянству чувств сама бы отдалась.
Дон Лопе.
Отдайтесь! Но молю нас выслушать сначала.
Когда в обоих нас любовь к вам запылала,
Мы знали: уж один из двух — я или он —
На муки ревности, конечно, обречен,
Мы знали, что должны быть меры взяты нами,
Дабы соперники не сделались врагами.
Как избежать сего? Как? С помощью сестер.
И тут был заключен меж нами договор:
Что выкуп за свое избранье мы заплатим,
Что неудачливый счастливцу станет зятем.
Тот, кто утратит вас, он с горем пополам
Утешится хоть тем, что родич будет вам.
Мы ждем, своих сестер просватав друг за друга,
Чтобы из нас двоих избрали вы супруга,
Другого милостью не вовсе обделя
И обвенчав его с сестрою короля.
Я все вам рассказал; теперь судите сами,
Пристойно ль Карлосу преградой стать меж нами,
Разрушить тот союз, которому верны,
Крепили б мы вдвоем мир и покой страны?
Донья Изабелла.
Ужель вы — первые из всех вельмож в державе —
Забыли, что давать согласие не вправе
Без воли короля на брак своих сестер?
Таков у нас в стране обычай с давних пор.
Дон Манрике.
Мы, государыня, не будем спорить боле:
Уважите иль нет отказ — то в вашей воле;
С тяжелою душой, но подчинимся вам.
А лучше бы спросить у Карлоса: он сам
Один-единственный осведомлен, какого
Он роду-племени. Свое пусть молвит слово, —
Подобного родства достоин он иль нет?
Он благороден, прям и даст прямой ответ;
Посмеет — пусть берет одну из двух, любую.
Поверьте, жертву мы приносим вам большую,
Доверив случаю судьбу своих сестер;
Но Карлос — прежде, чем на них поднимет взор, —
Он взвесит пусть, какой опасностью чревато
Желанье быть с людьми, как мы, запанибрата.